Русский | English   поискrss RSS-лента

Главная  → Материалы музея с 2013 по 2016 год  → Книги и компьютерная пресса  → Электронные версии книг  → Алексей Андреевич Ляпунов. Очерк жизни и творчества. Окружение и личность.  → 3. Детские годы

3. Детские годы

Интерьер одной из комнат квартиры на Солянке. На стене 2 больших портрета Николая Викторовича и Марии Андреевны — дедушки и бабушки Алексея Андреевича. Висят несколько фотографий маленького Алеши

Интерьер одной из комнат квартиры на Солянке. На стене 2 больших портрета Николая Викторовича и Марии Андреевны — дедушки и бабушки Алексея Андреевича. Висят несколько фотографий маленького Алеши

(24 сентября) 7 октября 1911 года в доме на Солянке родился первенец А. Н. и Е. В. Ляпуновых — Алеша. Основы хорошей лингвистической подготовки А. А. (А. А. в совершенстве владел французским и бегло говорил по-немецки, изъяснялся и по-английски) были заложены в раннем детстве. Хотя у А. Н. и Е. В. Ляпуновых было 7 детей, но в детские годы разница в возрасте между Алешей и младшими была довольно заметной, и мальчик довольно рано привык к обществу взрослых. В юности А. А. сблизился со старшим из братьев — Аскольдом (= Николаем).

Алеша 1913 год

Алеша 1913 год

Алеша 1912 год

Алеша 1912 год

Дети в спальне бабушки Марии Андреевны справа: Алеша Ляпунов, Коля и Наташа Наметкины, Вера и Аскольд Ляпуновы

Дети в спальне бабушки Марии Андреевны справа: Алеша Ляпунов, Коля и Наташа Наметкины, Вера и Аскольд Ляпуновы

Елена Васильевна с детьми в детской комнате на Солянке: Алеша — стоит, Вера — в кресле, Аскольд на руках у Елены Васильевны 1916 год

Елена Васильевна с детьми в детской комнате на Солянке: Алеша — стоит, Вера — в кресле, Аскольд на руках у Елены Васильевны 1916 год

Николай Викторович с внуком Алешей 1911 год

Николай Викторович с внуком Алешей 1911 год

Елена Васильевна Ляпунова с сыном Аскольдом

Елена Васильевна Ляпунова с сыном Аскольдом

Наташа Наметкина (Солянка, 1916 г.)

Наташа Наметкина (Солянка, 1916 г.)

Огромное влияние на воспитание Алеши оказал отец. Андрей Николаевич старался дать первенцу широкое естественнонаучное образование, он был первым учителем астрономии, физики, математики и минералогии.

Как уже говорилось, Андрей Николаевич, занятый в предреволюционные годы бурной строительной и предпринимательской деятельностью, никогда не прерывал связей с научными кругами. Семейные связи способствовали этому. Вслед за дружбой с С. С. Намёткиным укрепляются и родственно-дружеские связи с физикохимиком В. Анри. Двоюродный брат А. Н. и Е. В. Ляпуновых и сводный брат А. Н. Крылова Виктор Анри на несколько лет бросает Францию и приезжает в Москву, а затем в 1919 г. женится на младшей сестре матери А. А. Елены Васильевны — Вере.

Приемная железнодорожная комиссия: слева направо — технолог, служащий Ляпуновых, (сидит) контролер Любомудров, Дроздовский, Протопопов, (сидит) Янишевский, (стоит) А. Н. Ляпунов, Нискредов (стоит), начальник дистанции, (сидит) старший контролер Шустов, Н.В. Ляпунов, (сидит) Воробьев — председатель комиссии. Остальные служащие Ляпуновых.

Приемная железнодорожная комиссия: слева направо — технолог, служащий Ляпуновых, (сидит) контролер Любомудров, Дроздовский, Протопопов, (сидит) Янишевский, (стоит) А. Н. Ляпунов, Нискредов (стоит), начальник дистанции, (сидит) старший контролер Шустов, Н.В. Ляпунов, (сидит) Воробьев — председатель комиссии. Остальные служащие Ляпуновых.

Торжественный момент сдачи в эксплуатацию моста, построенного под руководством Н. В. Ляпунова (стоит в центре в белой фуражке)

Торжественный момент сдачи в эксплуатацию моста, построенного под руководством Н. В. Ляпунова (стоит в центре в белой фуражке)

Проф. Виктор Анри (Виктор Николаевич Крылов) французский физик (1872–1940)

Проф. Виктор Анри (Виктор Николаевич Крылов) французский физик (1872–1940)

Вера Анри (урожденная Ляпунова)

Вера Анри (урожденная Ляпунова)

Вера Анри с детьми (справа — налево) Виктором (в будущем профессор физик), Еленой, Александром, Франция, двадцатые годы.

Вера Анри с детьми (справа — налево) Виктором (в будущем профессор физик), Еленой, Александром, Франция, двадцатые годы.

Вера Ляпунова в России до революции

Вера Ляпунова в России до революции

Виктор Анри

Виктор Анри

Вера Васильевна Ляпунова (1888–1981) в 1919 году вышла замуж за В. Анри

Вера Васильевна Ляпунова (1888–1981) в 1919 году вышла замуж за В. Анри

Анна Алексеевна Крылова-Капица с Верой и Виктором Анри, Париж. Архив семьи Анри

Анна Алексеевна Крылова-Капица с Верой и Виктором Анри, Париж. Архив семьи Анри

Виктор Анри с детьми

Виктор Анри с детьми

Лаборатория В. Анри во Франции архив семьи Анри

Лаборатория В. Анри во Франции архив семьи Анри

Академик Игорь Эммануилович Грабарь — художник, искусствовед, историк

Академик Игорь Эммануилович Грабарь — художник, искусствовед, историк

Разгром Московского Университета заставляет прогрессивную интеллигенцию искать пути создания независимых от правительства институтов. Первый проект создания Физического института выдвигает П. Н. Лебедев, Н. К. Кольцов ищет пути для создания биологического института. Для этого нужны средства, нужны просвещенные меценаты. Одним из них становится Андрей Николаевич. Безвременная смерть П. Н. Лебедева в возрасте 45 лет, ускоренная, если не вызванная, разгромом Московского Университета, произвела большое впечатление на лично знавшего Лебедева Андрея Николаевича. В конспект лекций П. Н. Лебедева «Опытная физика» Андрей Николаевич вкладывает вырезку «Памяти П. Н. Лебедева».

Смерть П. Н. Лебедева и разразившаяся вскоре мировая война откладывают организацию задуманного им физического института. Идею П. Н. Лебедева, уже после революции, реализует его ученик физик и биофизик П. П. Лазарев.

Жертвовал средства Андрей Николаевич не только на организацию научного института. Средства были переданы им РСДРП для организации печати. Вскоре после рождения Алеши у Ляпуновых был обыск. Документы о передаче денег в последний момент были спрятаны бабушкой — Марией Андреевной — внутрь полых парных чугунных скульптур Е. Лансере. «Казаки на конях» во время обыска стояли в нишах, и сыщики не догадались сдвинуть их...

Валентина Михайловна Грабарь-Мещерина

Валентина Михайловна Грабарь-Мещерина

Интерьер гостиной в квартире Ляпуновых — Наметкиных на Солянке. На стенах картины из коллекции Андрея Николаевича

Интерьер гостиной в квартире Ляпуновых — Наметкиных на Солянке. На стенах картины из коллекции Андрея Николаевича

В предреволюционные годы А. Н. и Е. В. Ляпуновы начинают увлекаться сбором картин и икон. За короткий период — не более десятилетия — собирается одна из лучших частных коллекций. Сначала в качестве консультантов привлекаются И. Э. Грабарь и И. С. Остроухов. И. Э. Грабарь и его жена искусствовед В. М. Мещерина становятся друзьями дома Ляпуновых. В коллекции были картины в основном русских художников — Боровиковского, Левицкого, Тропинина, Венецианова, Кипренского, К. Брюллова, Рокотова, С. Щедрина, Куинджи, Репина, В. и А. Васнецовых, Борисова-Мусатова, Врубеля, К. Коровина, Остроухова, Верещагина, Сурикова, Мещерина, Грабаря, Кончаловского, Анисфельдта, Ендогурова, Сомова, Бенуа, Сапунова, 29 полотен Левитана и др. Но были картины и западных авторов: Гейнсборо, Коро, Монэ, Сезанна.

С. Т. Коненков называл коллекцию Ляпуновых в числе 5 лучших московских собраний. И. Э. Грабарь с восхищением писал о художественном чутье А. Н. Ляпунова[1]. Алексей Андреевич на всю жизнь сохранил живой интерес к изобразительному искусству — к живописи, скульптуре, архитектуре, к истории искусства.

Андрей Николаевич Ляпунов (1912–13 годы)

Андрей Николаевич Ляпунов (1912–13 годы)

Из художников, помимо И. Э. Грабаря, Алеша в детские годы знал И. С. Остроухова, М. В. Нестерова, а затем познакомился с П. Д. и А. Д. Кориными.

В. М. Мещерина вспоминала, что уже в возрасте 8–12 лет Алеша производил очень яркое впечатление. Живой, темпераментный мальчик с большими черными глазами, одинаково легко говоривший и по-русски, и по-французски (с дядей В. Анри, например), активно принимал участие в беседах взрослых, а нередко умел и направлять беседы в интересное для себя русло. Если эта активность мальчика переходила принятые в семье границы, Андрей Николаевич, смущаясь и краснея, говорил: — Алеша, помолчи! — а мальчик, нередко увлекаясь, не замечал мягких замечаний отца.

Академик Петр Петрович Лазарев (1878–1942)

Академик Петр Петрович Лазарев (1878–1942)

«Вероятно, такая свободная обстановка дома, — вспоминает школьный товарищ А. А. геофизик Л. С. Гамбурцева-Вейцман — сделала Алешу очень свободным и развязанным и в школе. Он не знал, что значит стесняться сказать — что думаешь. Свободно выражал свое мнение обо всем и свободно задавал вопросы всем преподавателям, при чем сам увлекался так, что увлекал и учителей, и разговор мог затянуться почти на весь урок. Товарищи, зная это, часто просили: — Алеша, придумай вопросы, это очень нужно... и начиналось. Можно было быть спокойными — к доске никого не вызовут — времени не останется».

Наступает революция, гражданская война. Вопрос об отъезде за границу не стоял. Строительство железных дорог прекратилось, страна оборонялась от интервенции, проектирование новых дорог было прекращено. В Москве неспокойно. Часть своей коллекции картин Ляпуновы передают на сохранение в Третьяковскую галерею, где они и остаются навсегда.

В это самое время, в голодном 1918 году Советское правительство оказывает поддержку не реализованным в 1911–14 гг. замыслам передовой научной интеллигенции — создается Московский научный институт, объединявший Институт физических наук под руководством П. П. Лазарева и Институт экспериментальной биологии под руководством Н. К. Кольцова.

Петр Петрович Лазарев (1878–1942) становится и во главе Института биологической физики при Наркомздраве, организованном с помощью Наркома здравоохранения Н. А. Семашко. Вокруг П.П. Лазарева в Физическом и в Биофизическом институтах концентрируются московские физики, физиологи, биофизики. П. П. Лазарев совместно с А. Н. Крыловым, П. Вальденом и В. Анри начинают издавать «Известия Физического института при Московском научном институте и Институте биологической физики при НК Здравоохранения». П. П. Лазарев привлекает к работе в институте наряду с известными физиками и физиологами и А. Н. Ляпунова. Здесь в возрасте 38 лет он начинает свою научную деятельность. Андрей Николаевич помогает П. П. Лазареву и своим двоюродным братьям А.Н. Крылову и В. Анри в издании первого русского физического журнала.

Петр Леонидович в гостиной своего дома с сыновьями: Сергей Петрович (слева) — доктор физ.-мат. наук, профессор, член Европейской Академии, ведущий знаменитой телепередачи «Очевидное-невероятное», Андрей Петрович, видный географ, член-корр. РАН, Президент Дальневосточного отделения АН СССР (1970–1977)

Петр Леонидович в гостиной своего дома с сыновьями: Сергей Петрович (слева) — доктор физ.-мат. наук, профессор, член Европейской Академии, ведущий знаменитой телепередачи «Очевидное-невероятное», Андрей Петрович, видный географ, член-корр. РАН, Президент Дальневосточного отделения АН СССР (1970–1977)

Сергей Петрович с женой Татьяной Алимовной Дамир на церемонии вручения П. Л. Капице Нобелевской премии. Фотографии из музея П. Л. Капицы

Сергей Петрович с женой Татьяной Алимовной Дамир на церемонии вручения П. Л. Капице Нобелевской премии. Фотографии из музея П. Л. Капицы

Петр Леонидович и Анна Алексеевна

Петр Леонидович и Анна Алексеевна

Семья Капиц 1977 г. Слева направо: Петр Леонидович и Анна Алексеевна, наверх —Варя (внучка), супруги — Татьяна Алимовна Дамир и Сергей Петрович Капица, Евгения Александровна и (выше) Андрей Петрович Капицы, правее Леонид Леонидович Капица ( племянник Петра Леонидовича) и его жена Ольга Степановна; внуки: Аня, Федя, Надя; Алена — дочь Л.Л. Капицы, Маша — внучка. Aото Валерия Генде-Роте

Семья Капиц 1977 г. Слева направо: Петр Леонидович и Анна Алексеевна, наверх —Варя (внучка), супруги — Татьяна Алимовна Дамир и Сергей Петрович Капица, Евгения Александровна и (выше) Андрей Петрович Капицы, правее Леонид Леонидович Капица ( племянник Петра Леонидовича) и его жена Ольга Степановна; внуки: Аня, Федя, Надя; Алена — дочь Л.Л. Капицы, Маша — внучка. Aото Валерия Генде-Роте

18 января 1919 г. А. Н. Ляпунов выступает на коллоквиуме П. П. Лазарева с докладом, посвященным современным воззрениям на строение молекулы[2]. С трудом возобновляются прерванные войной и революцией связи с научным миром. П. П. Лазарев издает переводы статей А. Пуанкаре «Новая механика» и М. Планка «Отношение физических теорий друг к другу» и помещает их в своей книге «Физические основания принципа относительности»[3].

П. П. Лазарев был ученым очень широких интересов, что не могло не отразиться на разносторонности работ руководимых им институтов и на характере журнала. Его идеалом был Гельмгольц, чей портрет висел в кабинете П. П. Лазарева. В 1920–22 гг. в «Известиях физического института...» П. П. Лазарев пишет о химических реакциях и их переносе в виде волны в нервных волокнах, о ионной теории возбуждения органов чувств, что вполне естественно для биофизика, но, с другой стороны, здесь же Лазарев выступает, как геофизик и публикует статью о Курской Магнитной аномалии — проблеме, долгое время интересовавшей его и весьма актуальной для пробуждающейся от разрухи страны. Только в 5–6 выпусках 1 тома «Известий» публикуются статьи П. Бачинского, С. И. Вавилова, П. Вальдена, А. Н. Крылова, А. В. Предводителева, В. В. Шулейкина. В том же томе статьи А. Н. Крылова о работах Б. Б. Голицына по сейсмологии и В. Анри о роли Лейбница в создании научных школ в России. II том журнала, выходящий уже под новым названием, сохранившимся и поныне — «Успехи физических наук» открывается статьей В. Анри «Современное научное мировоззрение», посвященной перестройке естественнонаучного мировоззрения в связи с открытием принципа относительности А. Эйнштейном.

В связи с необходимостью развертывания работ по изучению Курской магнитной аномалии (КМА), П. П. Лазарев обратился к В. И. Ленину, который всячески поддержал развитие исследований. Была создана комиссия по изучению КМА, куда вошли П. П. Лазарев, И. М. Губкин, О. Ю. Шмидт, А. Д. Архангельский, А. А. Михайлов. Ученым секретарем Комиссии стал А. Н. Ляпунов.

Академики Павел Сергеевич Александров и Отто Юльевич Шмидт, участвовавший в работах по Курской магнитной аномалии.

Академики Павел Сергеевич Александров и Отто Юльевич Шмидт, участвовавший в работах по Курской магнитной аномалии.

Нэда (Рогнеда Андреевна) Ляпунова (1919–1967)

Нэда (Рогнеда Андреевна) Ляпунова (1919–1967)

П. П. Лазарев был частым гостем в доме Ляпуновых. Алексей Андреевич часто упоминал о раннем влиянии П. П. Лазарева, оказанном еще в детские и отроческие годы. Алексей Андреевич много раз говорил о том, что в становлении его математических интересов основную роль сыграл Андрей Николаевич, а в формировании широких естественнонаучных интересов он, помимо влияния отца, испытал влияние П. П. Лазарева и С. С. Наметкина.

«Я познакомился с П. П. Лазаревым, — вспоминал Алексей Андреевич, — в самом начале революции, будучи еще мальчишкой. В то время П. П. был директором Института физики и биофизики Наркомздрава, в котором работал мой отец. У нас часто бывал сам П. П. и другие сослуживцы моего отца. Уже тогда П. П. был академиком и крупным, широко известным ученым.

П. П. жил в Москве на Миусской площади, а читал лекции в Московском Высшем Техническом училище, ныне МВТУ им. Баумана. В те времена городской транспорт в Москве почти не работал, и П. П. добирался до МВТУ либо пешком, либо на единственном транспорте, который был в его распоряжении, — в санках на „Сером“. Мои родители жили на Солянке в том доме, где в настоящее время находится Рентгеновский институт. Это было на полпути между Миусской и МВТУ. Нередко, возвращаясь из МВТУ с лекций, П. П. заезжал к нам отдохнуть и отогреться. Для нас, детворы (нас было 9 человек Ляпуновых и Наметкиных), появление П. П. всегда было огромной радостью. Мы его обступали с самыми разнообразными „делами“. Я был старшим, и мне всегда было интересно послушать рассказы П. П. о научных проблемах, о его поездках за границу, о его встречах с разными интересными людьми...»

«...Я в те времена мог без зазрения совести попросить П. П. рассказать мне, в чем состоит теория относительности, или чем замечательна Курская аномалия. В тех случаях, когда очередь доходила до меня, П. П. с полным вниманием выслушивал меня и всегда рассказывал что-нибудь интересное»[4].

Елена Васильевна Ляпунова-Наметкина. (начало тридцатых годов)

Елена Васильевна Ляпунова-Наметкина. (начало тридцатых годов)

Нэда и Маня Ляпуновы, сестры А.А.

Нэда и Маня Ляпуновы, сестры А.А.

Жизнь в начале 20-х гг. у Ляпуновых была непростой. Оклад у Андрея Николаевича был скромным, в семье почти каждый год появлялись новые дети. Елена Васильевна вспоминала, что для маленьких детей приобрели корову, которую держали в сарае дома на Солянке. С кормами было трудно, и как-то раз Елене Васильевне пришлось раздобывать сено с помощью директора Института экспериментальной биологии Н. К. Кольцова...

В 1922–24 гг. на семью Ляпуновых обрушиваются одно несчастье за другим. В 1922 г. умирает бабушка Алексея Андреевича Мария Андреевна, в 1924 г. тетя Лидия Николаевна Ляпунова-Наметкина и дядя Лев Николаевич. В апреле 1923 г. в возрасте 43 лет скончался Андрей Николаевич, оставив семью из 6 детей, младший сын — Андрей родился через несколько месяцев после смерти отца. На территории НовоДевичьего монастыря — ныне превращенной в архитектурный музей[5] — близ ворот, ведущих к старому кладбищу, сохраняется могила Ляпуновых. Ко дню смерти отца Алеше исполнилось 11 лет.

Химик академик Сергей Семенович Наметкин (1876–1950)

Химик академик Сергей Семенович Наметкин (1876–1950)

Огромная тяжесть утрат, заботы о 7 детях и двух осиротевших после смерти Л. Н. Наметкиной племянниках не сломили Елену Васильевну. Две разрушенные несчастьями семьи — Ляпуновых и Намёткиных, жившие на протяжении 13 лет под одной крышей, объединяются в одну. В 1927 году Е. В. Ляпунова выходит замуж за С. С. Намёткина.

С теплотой и благодарностью отзывался о своем отчиме С. С. Намёткине Алексей Андреевич. Уклад семей у Ляпуновых и у Намёткиных был различным. Шумный, гостеприимный и людный дом Ляпуновых характеризовался некоторой безалаберностью. Много времени, сил и средств, в особенности в дореволюционный период, тратилось на светскую жизнь.

Выходец из разночинной семьи С. С. Намёткин вел напряженный и размеренный образ жизни. В 1924 году С. С. Наметкин был уже сложившимся крупным химиком-органиком. В 1916 году он опубликовал, а в 1917 году защитил диссертацию по бициклическим соединениям на степень доктора химии. С 1913 года он был профессором, а с 1914 по 1918 год — деканом физико-математического факультета Высших женских курсов. С. С. Наметкин был одним из организаторов II МГУ, возникшего на базе Высших женских курсов, а в 1919–1924 гг. стал первым ректором этого Университета.

Дети семьи Ляпуновых-Наметкиных. Справа налево: Алеша, Наташа и Коля Наметкины, Вера, Аскольд, Маня, Нэда, Андрюша Шехтман, сын сотрудника П. П. Лазарева и сосед по дому, Ярослав, Андрей Ляпуновы

Дети семьи Ляпуновых-Наметкиных. Справа налево: Алеша, Наташа и Коля Наметкины, Вера, Аскольд, Маня, Нэда, Андрюша Шехтман, сын сотрудника П. П. Лазарева и сосед по дому, Ярослав, Андрей Ляпуновы

Мальчик Леонид Викторович Крушинский. Примерно таким он был, когда познакомился с Алексеем Андреевичем. Фото из архива Н.Л. Крушинской

Мальчик Леонид Викторович Крушинский. Примерно таким он был, когда познакомился с Алексеем Андреевичем. Фото из архива Н.Л. Крушинской

Частыми гостями в семье Наметкиных-Ляпуновых были Н. Д. Зелинский, И. Э. Грабарь, П. П. Лазарев. «В доме Ляпуновых на Солянке, бывал в то время цвет русской интеллигенции… — вспоминает школьный товарищ А. А. член-корр. АН CCCР, биолог Л.В. Крушинский. — «Семья Ляпуновых, занимавшая в то время большую квартиру в особняке на Солянке, произвела на меня большое впечатление. В ней я впервые увидел прекрасные картины, находящиеся в частной квартире. Как сейчас помню большое полотно Куинджи, висящее в столовой. В семье было семь детей... Очень хорошо помню очаровательную мать этого большого семейства. Елена Васильевна встретила меня очень ласково. Алеша был красивым, просто одетым мальчиком. Он стал рассказывать мне что-то, выходящее за пределы моего тогдашнего понимания. Я понял, что это очень начитанный мальчик, интересы которого совершенно не совпадают с уровнем моих тогдашних познаний»[6].

Сергей Семенович Наметкин и Николай Дмитриевич Зелинский (Узкое 1946 или 1947 г.)

Сергей Семенович Наметкин и Николай Дмитриевич Зелинский (Узкое 1946 или 1947 г.)

Академик Николай Дмитриевич Зелинский (1861– 1953) Фотография с дарственной надписью: «Алеше Ляпунову от любящего его Н. Д. Зелинского»

Академик Николай Дмитриевич Зелинский (1861– 1953) Фотография с дарственной надписью: «Алеше Ляпунову от любящего его Н. Д. Зелинского»

Среднее образование Алеша получил в 42 школе Бауманского района Москвы[7]. Несмотря на то, что школьные годы прошли в период бесчисленных школьных реформ, Алексей Андреевич с благодарностью вспоминает своих учителей и обстановку школы. 42 московская школа была основана на базе немецкого реформатского училища. Хорошая постановка преподавания немецкого языка сохранялась в ней и в 20е годы. Основатель и первый директор школы проф. М. Ф. Берг следил за тем, чтобы в школе, наряду с квалифицированным и активным преподаванием немецкого языка, были бы поставлены на высоком уровне преподавание естественных и точных наук. В школе работали исследовательские кружки.

«Но, главное, — вспоминает школьный товарищ А. А. астроном проф. Б. Ю. Левин, — там по-прежнему математику преподавал Мартин Федорович Берг — замечательный педагог, который в 30-е годы преподавал в ВУЗе. И другие преподаватели математики и физики, у которых мы учились, переходя, как тогда говорилось, из группы в группу (термин „классы“ был восстановлен позднее), были очень хорошими»[8].

А. А. писал:

«Я хочу воспользоваться случаем и с благодарностью вспомнить моего учителя математики Сергея Николаевича Успенского, которому я бесконечно благодарен в течение всей жизни... Он всегда следил за тем, чтобы ученики не скучали. Более продвинутым он приносил отдельно трудные задачи... и предъявлял к ним гораздо более жесткие требования. Многие из них стали математиками, механиками, физиками»[9]. Среди своих сверстников — воспитанников школы А. А. называл акад. А. Ю. Ишлинского, член-корр. АН СССР В. В. Соколовского, профессоров Б. Ю. Левина, Г.Б. Равича, А. А. и Ю. А. Стрепихеевых. По воспоминаниям Л. В. Крушинского, С. Н. Успенский всегда давал Алеше персональные задания по математике, что стимулировало быстрое развитие интересов у пытливого мальчика.

Выпускной класс Реформатской гимназии — 42 школа 1928 год. Москва, Вузовский переулок. Мальчики: крайний справа в верхнем ряду Равич Григорий Борисович (Гриша), следующий ряд — Ляпунов Алексей Андреевич (Алеша), след. ряд — Виленкин Виталий Яковлевич (Витя). В первом ряду сидят слева крайняя — Учительница литературы Эрна Васильевна Померанцева, Мария Эдуардовна Гаубен — преподавательница, (?), Беленькая Эмилия Самойловна (Миля) ?,?. Крайний слева , 2-ой ряд — Соколов Алексей Сергеевич преподаватель географии, рядом с ним Люся Самуиловна Вейцман (Люся), 6-ой преподаватель обществоведения, в последнем ряду слева Мартын Федорович Берг — директор школы, математик.

Выпускной класс Реформатской гимназии — 42 школа 1928 год. Москва, Вузовский переулок. Мальчики: крайний справа в верхнем ряду Равич Григорий Борисович (Гриша), следующий ряд — Ляпунов Алексей Андреевич (Алеша), след. ряд — Виленкин Виталий Яковлевич (Витя). В первом ряду сидят слева крайняя — Учительница литературы Эрна Васильевна Померанцева, Мария Эдуардовна Гаубен — преподавательница, (?), Беленькая Эмилия Самойловна (Миля) ?,?. Крайний слева , 2-ой ряд — Соколов Алексей Сергеевич преподаватель географии, рядом с ним Люся Самуиловна Вейцман (Люся), 6-ой преподаватель обществоведения, в последнем ряду слева Мартын Федорович Берг — директор школы, математик.

Когда в 50-е годы А. А. заинтересовался проблемами методики преподавания точных и естественных наук в средней школе, он неоднократно вспоминал свою 42 школу. Помню, как во время встречи с профессором зоологии МГУ В. Г. Гептнером, окончившим ту же школу на 8 лет раньше, Алексей Андреевич и Владимир Георгиевич с удовольствием воспоминали М. Ф. Берга, других общих учителей, выясняли их судьбы.

Математик, профессор Александр Васильевич Васильев (1853–1929). Фото из архива Н.Л. Крушинской

Математик, профессор Александр Васильевич Васильев (1853–1929). Фото из архива Н.Л. Крушинской

Со многими школьными товарищами Алексей Андреевич сохранял тесные связи на протяжении всей жизни. Наиболее близкие отношения связывали А. А. с художником-полярником И. Рубаном, астрономом Б. Ю. Левиным, геофизиком Л. С. Вейцман-Гамбурцевой, биологом Л. В. Крушинским. Бывая в семье последнего, А. А. в начале 20-х гг. познакомился с дедом Л. В. Крушинского профессором математики А. В. Васильевым[10]. А. В. Васильев был знаком и дружил с А. Н. Ляпуновым. После кончины отца в отрочестве А. А. пользовался консультациями и вниманием со стороны А. В. Васильева.

Люся Самуиловна Гамбурцева (урожденная Вейцман). Фото из архива А.Г. Гамбурцева

Люся Самуиловна Гамбурцева (урожденная Вейцман). Фото из архива А.Г. Гамбурцева

Старый друг А. А. член-корр. АН СССР Л. В. Крушинский вспоминает: «Мое знакомство с Алешей произошло в 1924 г.... В Москву приехал и стал жить в нашей семье мой дед известный казанский математик профессор А. Васильев. Вскоре после своего приезда он навестил семью Ляпуновых, с которыми был знаком по Казани.

Помню, как дед, придя от Ляпуновых, восторженно говорил об этой семье, в которой сохранились лучшие традиции русской интеллигенции... Дед говорил, что они с Алешей уже тогда вели беседу о математике... с 1924– 1925 года Алеша начал приходить к деду и они вели беседы о математике».

«...Летом 1924 г. мы жили на даче в Томилине. Здесь мы довольно часто встречались. Алеша приходил к моему деду, иногда я ходил к Алеше играть в шахматы. Иногда Алеша заходил к Грабарям, которые жили рядом с нами».

В отроческие годы А. А. увлекается астрономией, посещает астрономические кружки при школе и Московском обществе любителей астрономии (МОЛА).

На плоской крыше школы, вспоминает школьный товарищ А. А. геофизик Л. С. Вейцман-Гамбурцева, «часто вечерами оставались любители звездного неба. На крыше проходили и первые занятия астрономического кружка. Хорошо помню Алешу, стоящего в одиночестве на крыше и тихо поводящего руками. Достаточно было подойти к нему, и он начинал толково и увлеченно рассказывать о основных точках и кругах небесного свода. Созвездия тогда несколько меньше его увлекали, видимо уже тогда больше сказывалось стремление все систематизировать и упорядочивать. Созвездиями он увлекся уже спустя несколько лет, после прочтения ряда книг на астрономические темы.

Оленька Грабарь (Ольга Игоревна Епифанова) дочь Игоря Эммануиловича Грабаря и Валентины Михайловны Мещериной

Оленька Грабарь (Ольга Игоревна Епифанова) дочь Игоря Эммануиловича Грабаря и Валентины Михайловны Мещериной

Он был сильно увлечен книгой „Откровение в грозе и буре“ Н. А. Морозова[11], где дается истолкование Апокалипсиса, основанное на взаимном расположении планет среди звезд, приведенное не совсем явно, но которое можно понять (выудить) из текста. Определяется таким образом место и время описываемых событий. А. А. очень нравился сам подход Морозова к использованию астрономии и ее законов для понимания исторических фактов. Прелесть такого синтеза была ему очень по душе».

Алексей Андреевич со школьным другом астрономом Борисом Юльевичем Левиным (шестидесятые годы)

Алексей Андреевич со школьным другом астрономом Борисом Юльевичем Левиным (шестидесятые годы)

Говоря о школе и ее благотворном влиянии на А.А., его товарищ Б.Ю. Левин пишет: «Тем не менее я думаю, что главное влияние на становление Алеши оказали семейные родственные и дружеские связи с П. П. Лазаревым, А. Н. Крыловым и другими.

С осени 1926 г. Алеша вовлек меня в астрономический кружок в школе, а главное, в МОЛА. Кружок вскоре заглох, а МОЛА продолжалось многие годы. Думаю, что его роль была сравнимой с ролью семейных связей».

«Я познакомился с Алешей в 1926 г.... ...Мы учились в одной школе — он был на год впереди меня, — вспоминает проф. Б.Ю. Левин. — В это время он уже был увлечен астрономией — был членом Московского общества любителей астрономии (МОЛА), в частности, активным членом „Коллектива наблюдателей“ и „Секции популярной астрономии“ (СПА). „Колнаб“, организованный (в начале 1922 г.) и руководимый Б. А. Воронцовым-Вельяминовым, занимался проведением и обработкой любительских наблюдений, имеющих научную ценность. В СПА хорошими лекторами, в частности проф. К. Л. Баевым, читались популярные лекции по актуальным вопросам...»

На солнечном затмении в Киеве в 1954 году: слева А.С. Есенин-Вольпин, А.А. Ляпунов, С.В. Яблонский, Е.А. Ляпунова (Ляля), А. С. Ляпунова, Н.А. Ляпунова (Туся)

На солнечном затмении в Киеве в 1954 году: слева А.С. Есенин-Вольпин, А.А. Ляпунов, С.В. Яблонский, Е.А. Ляпунова (Ляля), А. С. Ляпунова, Н.А. Ляпунова (Туся)

Астрономическим кружком Общества руководил тогда аспирант МГУ, ныне широко известный астроном проф. Б. А. Воронцов-Вельяминов. Многие из кружковцев конца 20-х гг. стали известными астрономами.

Любовь к астрономии А. А. сохранил на всю жизнь. Он выезжал с семьей для наблюдения солнечного затмения в 1954 г. в Киев, в 1968 г. — в Центральный Казахстан, а в конце 1950х годов Алексей Андреевич с группой своих учеников наблюдал затмение с арендованного самолета в районе Уфы — на земле была плохая погода. К 50-летию А. А. сотрудники Отделения прикладной математики АН СССР подарили ему максутовский телескоп. А. А. очень дорожил этим подарком, а в последние 11 лет своей жизни нередко демонстрировал друзьям, знакомым, а в особенности — студентам и школьникам — «фымышатам» звездное небо, планеты.

Николай Константинович Кольцов (1872–1940) основоположник экспериментальной биологии в России

Николай Константинович Кольцов (1872–1940) основоположник экспериментальной биологии в России

«Кружковые занятия дали мне очень много, — писал А. А. — Астрономом я, правда, не стал, но благодаря им я стал ученым»[12]. Первая публикация А. А. посвящена астрономии. Уже в школьные годы А. А. начал изучать высшую математику.

Н.К. Кольцов. Скульптура В.И. Мухиной (бюст находится в Институте биологии развития им. Н.К. Кольцова РАН)

Н.К. Кольцов. Скульптура В.И. Мухиной (бюст находится в Институте биологии развития им. Н.К. Кольцова РАН)

«В последующие (за 1924 г.) годы, помимо математики, — вспоминает Л. В. Крушинский, — Алеша стал интересоваться химией. Этот интерес пробудился у него, видимо, под влиянием академика С. С. Наметкина... Когда мы были в более старших классах, Алеша познакомился с Николаем Константиновичем Кольцовым, и я помню его восторженные рассказы о нем. Алешу особенно привлекало в Николае Константиновиче то, что он связывал биологические проблемы с химией... Из биологических дисциплин он проявлял в то время большой интерес к биофизике. Этот интерес несомненно проявился у него под влиянием П. П. Лазарева. Петр Петрович постоянно бывал в доме Ляпуновых, говорил с Алешей о биофизике, дарил ему оттиски своих работ». В благотворной обстановке интеллигентной среды семьи, ее окружения и школы в детстве и отрочестве Алеши был заложен тот фундамент естественнонаучного и общекультурного мировоззрения, широта которого поражала всех, кто когда-либо встречался с А. А. в зрелые годы.

1. Грабарь И. Э. Андрей Николаевич Ляпунов. 14 апреля 1923 г. «Среди коллекционеров», 1923, № 5: 55–56.

2. Ляпунов А. Н., 1921. Об ударе по оси жироскопа. «Изв. Физич. ин-та при Моск. НИ Ин-те и Ин-та биофиз. При НК Здравоохр.», т. 1, в. 4.

3. Изд-во «Северные дни»; М. В библиотеке А. А. Ляпунова хранится экземпляр этой книги с надписью «Дорогому Андрею Николаевичу Ляпунову от П. П. Лазарева».

4. Из неопубликованной рукописи А. А. Ляпунова «Памяти П. П. Лазарева» (архив А. А. Ляпунова). В настоящее время рукопись опубликована полностью в книге «Очерки истории информатики в России» 1998. — Е.Л.

5. Сейчас восстановлен как монастырь. — Е.Л.

6. Крушинский Л. В. «Воспоминания об Алексее Андреевиче Ляпунове» (рукопись).

7. В школу поступил сразу в 5-ый класс.

8. Из письма Б. Ю. Левина автору от 14/Х 1975 г. (архив автора).

9.Из письма А.А. Ляпунова фронтовому товарищу Д.С. Наливайко, январь 1966 г. (копия в архиве А.А. Ляпунова).

10. А. В. Васильев (1853–1929) — организатор и председатель Казан- ского физико-математического общества (с 1890 по 1906 гг.), инициатор международного конкурса им. Н. И. Лобачевского (с 1897), в 1884– 1906 гг. — профессор Казанского университета, в 1906–1922 гг. — в Петербурге, с 1923 г. — в Москве. Наряду с математическими работами перу, А. В. Васильева принадлежат многочисленные работы по истории математики. Он интересовался также вопросами преподавания математики; учитель Д. М. Синцова, А. П. Котельникова, Н. Н. Парфентьева и др. См. «История отечественной математики», т. 2. Киев, 1967: 508–510.
См. так же Баженов «К двухсотлетию Казанского Университета» Александр Васильевич Васильев. изд. каз. унив.

11. Сейчас интересные тюремные фантазии Н. А. Морозова, в значительной степени помогавшие ему пережить 24-летнее заключение в одиночке, сильно скомпрометированы лженаучными измышлениями А. Т. Фоменко и его сподвижниками. К самому Н.А. Морозову, чрезвычайно интересному и талантливому человеку это никакого отношения не имеет. А.А. был лично знаком с Николаем Александровичем, и не удивительно, что на него этот человек произвел огромное впечатление. Еще сидя в Шлиссельбургской крепости (1882–1905), оторванный от мира, в том числе и научного, Морозов предсказал существование инертных элементов, высказал ряд научных предположений о сложном строении атома, возможности использования внутриатомной энергии, взаимопревращаемости атомов и др. Написал книги по математике, астрономии, метеорологии и химии. Писал стихи, был неплохим прозаиком. — Е.Л.

12. Из письма А. А. Ляпунова к Д. С. Наливайко, январь 1966 г. (копия в архиве А. А. Ляпунова)

Из книги «Алексей Андреевич Ляпунов. Очерк жизни и творчества. Окружение и личность.»
Дополнительно смотрите именной указатель.
Опубликовано в издательстве «Новый хронограф» в виде книги (объемом 240 стр.) в 2011 г.
Помещена в музей с разрешения правообладателя 18 Мая 2014

Проект Эдуарда Пройдакова
© Совет Виртуального компьютерного музея, 1997 — 2017