Виртуальный компьютерный музей.
Русский | English   поискrss RSS-лента

Главная  → Книги и компьютерная пресса  → Ферритовая память ЭВМ “Урал”  → 

"Ферритовое" направление работ.

Как-то в эту беспокойную пору Башир Искандарович пригласил заместителей Главного конструктора машин «Урал» (меня, Василия Мухина и Андрея Невского). Он сказал, что для задуманных им ЭВМ нового поколения ("Урал-11", "Урал-12", "Урал-13", "Урал-14", "Урал-15") помимо единого общего руководителя нужны свои главные конструкторы. Он детально управлять проектированием каждой не cчитает для себя нужным и потому возвращается к нашим прошлым разговорам о перемещениях. Предлагает каждому из нас возглавить разработку машины по нашему выбору.

Признаюсь, моя "первая любовь" (дипломное проектирование последовательной ЭВМ), казавшаяся прочной, не выдержала испытания временем и сменилась более глубокой привязанностью к проектированию ферритовой памяти. У меня уже созрел замысел построения ряда модулей ферритовой памяти ёмкостью 4096, 8192 и 16384 слова с t ц=8-10 мкс, в стадии проработки находились решения по более быстрым накопителям, было желание поэкспериментировать с новыми запоминающими элементами, оставлять всё это очень не хотелось. Я сказал об этом и выразил надежду быть более полезным именно на таком поприще. У Василия Мухина с 1959 года была считавшаяся тогда модной работа по проектированию ЭВМ на параметронах. Андрей Невский тоже не принял предложения, он с апреля 1960 года начальник «уральского» отдела, «заостряться» на одной машине не хочет. Башир Искандарович не был настойчив и не стал переубеждать нас, может быть, потому, что у него вызревала надежда подключить к проектированию нового поколения ЭВМ "Урал" другие предприятия.

Я продолжаю работать в ранге заместителя Главного конструктора ЭВМ "Урал" по своему направлению в интересах всего задуманного ряда машин в отделе Андрея Невского. Он с самого начала руководства отделом сказал мне, что не будет вмешиваться в мои технические решения, поскольку мы равны по своему положению перед Главным конструктором. И слово свое сдержал. За мной сохранилось руководство разработками новых устройств ферритовой памяти и технических средств обеспечения их производства. К работам по оперативной памяти добавлено руководство проектированием ПЗУ, поручено курирование разработок ферритовых сердечников вне нашего предприятия. Я еще и консультант сотрудников других отделов по применению запоминающих сердечников в блоке буферной ферритовой памяти считывателя с перфокарт и по применению своих схемно-технических решений и алгоритмов работы в строчной печати (АЦПУ) на унифицированной элементной базе.

Каждое утро моего трудового дня начинается с "обхода" рабочих мест в лаборатории. Обсуждаем итоги предыдущего дня, знакомлюсь с намерениями на текущий день. Нет никакой серьёзной проблемы, которая бы осталась вне поля моего внимания. Вместе с исполнителем ищем пути решения, оцениваем полученные данные, подолгу просиживаю с инженерами за осциллографом, согласовываю результаты работы разных исполнителей в интересах общего замысла разработки. На любимую мною трудовую самостоятельность никто не покушается. Работа идёт уверенно, слаженно, с хорошим пониманием дела: сказывается накопленный к этому времени опыт работ с ферритовой памятью, а также знания, полученные при проектировании безлампового БНФ-1.

Обеденный перерыв стал проводить с Василием Мухиным и Андреем Невским. К нам иногда присоединяются Валерий Cтепанович Маккавеев, Вячеслав Григорьевич Желнов, у которых теперь "свободный" доступ на предприятие. Стараемся обедать на фабрике-кухне, получившей в то время всесоюзную известность благодаря публикации в журнале "Огонек". Хорошо, вкусно готовят, нет толчеи, недальняя пешая прогулка до фабрики-кухни - хороший отдых, время расслабиться, пошутить, отвлечься. Как-то Андрей Невский признался, что решил больше не помышлять об отъезде из Пензы. У меня такое намерение ещё не созрело. И это не было каким-либо секретом. Помню, году в 60-ом, Башир Искандарович пригласил к себе в кабинет, представил Филиппу Георгиевичу Старосу (как говорили, чеху, бежавшему из США, теперь ведущему разработчику в области микроэлектроники): "Начальник лаборатории, руководитель разработок оперативной памяти наших машин". А потом спросил, крепко ли я прирос к пензенской земле. Мой отрицательный ответ явно оживил Башира Искандаровича. Это выглядело так, словно он хотел показать собеседнику, с какими "ненадёжными" кадрами ему приходится работать.

А жизнь шла своим чередом. В наших квартирах стала появляться мебель, радиоаппаратура (У Невского – радиоприемник «Фестиваль», у Мухина – телевизор «Темп», у меня – радиола «Комета»). Мы с Мухиным помогли Андрею привезти концертный рояль. У Льва Богословского, Вячеслава Желнова и Андрея Невского рождаются вторые дочери.

В марте 1962 года, на торжестве по случаю пополнения моего семейства мои коллеги-МОЗУшники подарили пластинку, словно выпущенную специально для меня: "сына подарила мне жена, очень угодила мне она..." Теперь у нас с Валей есть и дочь Нина, и сын Юрий. Есть дом, есть сын, надо еще посадить дерево – гласит народная мудрость. Время есть. Посажу.

 

В конце апреля женился Василий Мухин. На свадьбе был и Башир Искандарович со своей женой Верой Ивановной. Именно от неё я услышал неизвестное мнение Башира Искандаровича обо мне, как о лучшем разработчике ферритовой памяти в стране. Не скрою, оценка была приятной, но совершенно неожиданной, потому что никогда мне не приходилось слышать прямо высказанную Рамеевым похвалу какому-либо своему сподвижнику.

Наши руководители предприятия были очень разными людьми: по характерам, образованию, привычкам. А работали весьма слаженно, не вторгаясь в сферу деятельности друг друга. Возможные противоречия до нас не доходили. В научном и техническом отношении бесспорным лидером был Башир Искандарович, талантливый конструктор-новатор, непреклонный в достижении поставленной им цели.

Стиль руководства Б.И. Рамеева был мягким по форме, но очень твердым по существу. В то же время он был внимательным и тактичным. У директора же со временем мы разглядели и оценили и житейскую мудрость, и незлобивый, мягкий характер. Он вёл общее руководство, не допуская серьёзных конфликтов.

На регулярных партийно-хозяйственных активах с докладами выступал В.А. Шумов. Б.И. Рамеев на активах обычно отмалчивался, но не оставлял без ответа даже неявные колкости, которые изредка звучали на активах. Однажды кто-то из "внутренней оппозиции" (а она была) заметил, что хотя мы и стали научно-исследовательским институтом, у нас совсем мало научно-технических публикаций. Ответ Б.И. Рамеева запомнился. Он сказал, что наши работы по своему уровню соответствуют требованиям, предъявляемым к НИР и ОКР, есть работы, в которых мы имеем первенство в стране. Они вполне достойны публикаций в научной периодике. Геннадий Смирнов мог бы опубликовать сотню статей, но мы просим его не делать этого. Нам важно быстрейшее продвижение в ведущихся разработках. Напомню, Башир Искандарович на заре своей конструкторской деятельности за один лишь год подал около 50 заявок на изобретения. Хотя в ответе, думаю, не обошлось без некоторого преувеличения, истина была близка, и мы, действительно, жили тогда с такими мыслями: главное, ударное направление наших помыслов и работ было реальное проектирование ЭВМ "Урал".

Мой коллега москвич Всеволод Васильевич Китович прислал на отзыв пояснительную записку кандидатской диссертации, в которой исследовалось соотношение сигнал-помеха в съёмном проводе матрицы ферритового запоминающего устройства с совпадением полутоков (выборка типа 3D): шаг в науку в нашем деле. Вскоре диссертация была успешно защищена, мне же автор предложил своё посредничество в подборе остепененного научного руководителя для моей работы над диссертацией. Результаты наших работ были вполне "диссертабальны". Например,
"Исследование и разработка ферритовой памяти типа 3D",
"Разработка методов тестирования МОЗУ типа 3D",
"Разработка системы параметров для контроля ферритовых сердечников (матриц, кубов, накопителей типа 3D)",
"Разработка методов схемно-технического проектирования ферритовых устройств памяти",
"Исследование надёжности ферритовых накопителей типа 3D"
и другие подобные актуальные темы вполне пригодны для того, чтобы показать умение поставить и решить научную проблему. А именно это и требуется от соискателя учёной степени кандидата технических наук. Однако такая цель вне русла моих научно-технических интересов: вырисовывались контуры интереснейших, широкомасштабных проектных работ по памяти для ЭВМ "Урал" второго поколения. Не было ни желания, ни времени на свое «остепенение». Не было стремления «остепениться» и у моих «уральских» коллег. Симптоматично выражение академика С.А. Лебедева: «у нас – разделение труда: одни делают машины, другие защищаются».

При нашем Главке образуется координационная группа по внутренней памяти ЭВМ. В нее включают меня, Валерия Николаевича Осокина (КБПА), Анатолия Яковлевича Тюрина (НИЭМ), Алексея Сергеевича Фёдорова (ИТМ и ВТ), Олега Владимировича Росницкого (ЦМНИИ), Арсения Лукьяновича Белоусова (Курчатовский институт), А.Г. Захаряна (НИИММ). В поле зрения группы были стандарты на ОЗУ, технические условия на элементы памяти, контрольно-измерительная аппаратура и пр. Благодаря энергии председателя группы Алексея Федорова деятельность группы продолжалась много лет на благо отечественной вычислительной техники.

В работе группы в разные годы принимали участие известные специалисты технологи В.В. Бардиж, В.Г. Глотов, Б.Н. Агарков, схемотехники В.В. Кобелев, Ю. Визун, специалисты по контрольно-измерительной аппаратуре Г.Н. Игнатьев и др. Рекомендации группы передавались начальнику Главка, а после утверждения рассылались по предприятиям. Большое значение имело наше личное общение.

Ширился информационный поток по вычислительной технике и по средствам памяти, в частности. В журнале IBM J.R.D. vol.4, Oct.1960 Constantine G. и Chien R. T. опубликовали статьи о новом способе построения матричных переключателей тока. В журнале Elektronik. №2, 1961 рассмотрено построение транзисторных формирователей и генераторов тока и усилителей воспроизведения. Обзору достижений в разработке запоминающих устройств посвящен специальный выпуск известного журнала Proc . IRE , №1, 1961.

Появляются сообщения об элементах памяти на стержнях, использованных в машине «Атлас», о элементах с неразрушающим считыванием (биаксах, трансфлюксорах и т.п.), о тонкоплёночной магнитной памяти (не нужен будет трудоёмкий ручной монтаж-вязка миниатюрных ферритовых сердечников, время переключения запоминающего элемента снижается на два порядка). Подача зарубежных материалов яркая, возбуждающая; для разработчиков – масса соблазнов. Создаётся иллюзия замечательных свершений. Нерешённые проблемы, реальное состояние дел скрыто "за кадром".

Нам доступны, в основном, выпуски экспресс-информации, слабая тень мирового потока информации.

Информацию собираю, систематизирую, анализирую, свои выводы и решения выверяю в беседах с упомянутыми ведущими специалистами страны.

Следующая статья книги

Из книги "Ферритовая память ЭВМ «Урал»". Пенза, 2006 г.
Перепечатываются с разрешения автора.

Проект Эдуарда Пройдакова
© Совет Виртуального компьютерного музея, 1997 — 2019