Виртуальный компьютерный музей.
Русский | English   поискrss RSS-лента

Главная  → Книги и компьютерная пресса  → Рамеевская школа конструирования ЭВМ. История разработок в фотографиях 1948-1972 гг.  → 

1957

С 16 января по 1 февраля 1957 года междуведомственная комиссия (Д.А. Жучков, Б.А. Маткин, Б.И. Рамеев, А.Д. Смирнов, В.М. Сухов, А.Д. Суховерхов, М.Р. Шура-Бура и другие) провела испытания головного образца машины и рекомендовала продолжить серийное производство «Уралов». «Уральские» разработчики с участием сотрудников филиала СКБ-245 (О.Ф. Лобов и др.) летом завершили подготовку серийного образца машины для экспорта в Индию.

Урал-1 в Индии

Наладку серийных машин «Урал» вели заводчане В. Высоцкий, Н. Жулимов, Т. Новородский, А. Шумилов, А. Горшков, Ю. Привезенцев, Д. Лощинин, А. Люлькин, Г. Жаринов, Н. Жалнин, М. Обухов, Л. Тюрин, В. Гагарин, С. Мельников, И. Конев, З. Бояркина, А. Железов (на снимке), Ф. Воронин, Л. Власова и другие. В наладке машин участвовали бригады эксплуатационников А.Ф. Хмелева из ЦНИИ-108, В.А. Комарницкого из НИИП-5 МО СССР, В.Л. Калашникова из предприятия п/я 276, В.Н. Онищук из Челябинского Снежинска, И.В. Царева из в/ч 33157, Н.А. Головлева из ВВИА им Жуковского, отделов ФЭИ МИАНа (В.В. Булычев) и А.Д. Смирнова из ЦАГИ. Без наладки забрали машину «Урал» ракетостроители из СКБ-385 Златоуста (Е.С. Салов и др.).

ЖелезовВоронин Комарницкий Хмелев
Урал-1

В комплекте поставки «Урала» — контрольно-считывающее устройство

Урал-1

Оно использовалось для автоматического контроля со скоростью до 200 чисел/мин идентичности пробивок двух сравниваемых кинолент и для реперфорирования кинолент с помощью входного перфорирующего устройства (ПфУ) со скоростью до 180 чисел/мин.

В поставляемом с машиной клавишном устройстве для визуального контроля вводимых данных использовалась электрифицированная пишущая машинка «Москва». Данные клавишного устройства передавались на входной перфоратор для нанесения данных на зачернённую киноленту.

Поставлялись и два идентичных перфоратора киноленты. На рисунке стрелками показаны элементы автономного управления устройством. Одно устройство обеспечивало перфорацию выводимых данных из машины, другое — перфорацию вне машины, под управлением контрольно-считывающего и клавишного устройств.

Урал-1

Урал-1

Урал-1

В комплекте поставки машины было и штанговое цифропечатающее устройство. Подобного рода печатающие устройства применялись тогда в табуляторах. Устройство выполняло автоматическое преобразование чисел из двоично-десятичной системы в десятичную и из восьмерично-двоичной системы — в восьмеричную, печатало на бумажной ленте шириною 110 мм. Устройство пришлось доработать даже после испытаний. По принятой позже главным конструктором системе обозначений оно имело бы шифр У-541.

Урал-1
Булгаков

Потребителям машин поставлялся также комплект эксплуатационной документации, включая техническое описание и инструкцию по эксплуатации. В характерном «уральском» стиле он был подготовлен на кальках, размножался светокопировальным способом заводскими службами. Даже А.С. Булгаков, декан факультета Пензенского индустриального института, где стали читать лекции с изложением построения машин «Урал», вынужден был приходить в филиал СКБ-245 и конспектировать эти документы.

Лишь в декабре 1957 года ГОСНИТИ принял заказ на типографское исполнение 300 экземпляров четырёхтомного технического описания и инструкции по эксплуатации. И это для серии из 183 машин!

Из этого количества руководство завода выделило несколько комплектов типографских документов для передачи в дар ведущим разработчикам Б.И. Рамееву, В.И. Мухину и А.Н. Невскому.

В 1957 году «Уралы-1» были единственной универсальной цифровой ЭВМ, серийно выпускавшейся промышленностью нашей страны.

Кудж

Пенза становилась «компьютерной Меккой». Сюда приезжают десятки бригад получать машины, они изучают здесь построение «Уралов», технику обслуживания и программирования. На снимках «паломники»: Зоя Кудж — из ЦАГИ, В.А. Комарницкий — из Москвы, бригада эксплуатационников и программистов из Воронежа. Были Иван и Тамила Матиевские — из Чехословакии и многие-многие другие. Приехал и С.Н. Мергелян, но с другой целью: он «умыкнул» для создаваемого ЕрНИИММ Г.Г. Белкина, И.П. Тищенко, А.П. Торопова и Е.Л. Брусиловского. В числе «пророков» — В.С. Антонов, А.Ф. Коноваленко, В.И. Мухин, А.Н. Невский и другие разработчики «Урала».

Кримницкий Коноваленко

Урал-1 для Чехии

Воронежский университет

Урал-1 программистки

Роль «пророков» успешно осваивали сотрудники Пензенского завода САМ Л. Власова, Ф. Воронин, В. Высоцкий, В. Гладько, А. Железов, В. Ковалев, Т. Новородский, А. Шумилов, Н. Яшин и другие. Они же наладили в 1957 году свыше 30 машин «Урал-1», подготовили для них бригады эксплуатационников и проводили работы по сдаче в эксплуатацию машин на площадках получателей «Уралов».

Разработка ЭВМ «Урал-1» зарегистрирована в Комитете по делам изобретений и открытий при СМ СССР.

Удостоверение

Урал-1

Первыми в стране эксплуатацию серийных «Уралов-1» освоили в Пензе: 13 марта 1957 года Б.И. Рамееев создал в филиале СКБ-245 вычислительную лабораторию во главе с О.Ф. Лобовым (на снимке), с лета 1956 года ставшего ведущим специалистом по обслуживанию головного образца машины. Вместе с сотрудниками своей лаборатории Ф.П. Невской, И.С. Яшиной, Л.Я. Булахтиной, В.Л Александренко и другими по заданиям Б.И. Рамеева он предоставлял «уральское» машинное время П.П. Полозову, В.Н. Бондаренко и И.Т. Плотникову из Артиллерийской инженерной академии им. Дзержинского для отработки их программ. Москвичи разработали библиотеку стандартных подпрограмм и издали в академии в 1957 году прототип книги-руководства по программированию на «уральской» машине, снискавшей признательность многих математиков. Именно их книгу передали американской делегации ведущих компьютерных фирм, посетившей нашу страну в 1959 году.

Яшина Невская

Из Подлипок приезжали решать ракетную задачу математики королевской фирмы во главе с П.Т. Титикаевой.

В августе 1957 года на Байконуре бригадой В.А. Комарницкого началась эксплуатация «Урала-1». До этого расчёты на полигоне выполняли с использованием электромеханических счётных машин «Мерседес», среднее время выполнения одной операции было порядка 10 секунд. Через два месяца с полигона Байконур ракетчики выполнили запуск первого в мире ИСЗ. На полигоне Капустин Яр дешифровку телеметрических данных, записанных на ленту, возложили на «Урал-1».

Одна из машин была отправлена на Донгузский полигон ГАУ МО СССР.

В сентябре в ВЦ ВВС бригада Л.А. Петрова с помощью «уральских» разработчиков ввела «Урал-1» в эксплуатацию. В ЦНИИ-108 бригада А.Ф. Хмелева самостоятельно начала эксплуатацию своей машины, добилась отличных результатов, а их сотрудник, выпускник МЭИ (1956 г.), Е.Т. Гавриленко начал разрабатывать программы, включая программирующую программу. Его работы приобрели широкую известность в среде пользователей «Уралов».

Гавриленко Старостин Мршенский

В октябре «уральские» разработчики помогли в ЦАГИ, в отделе А.Д. Смирнова, начать эксплуатацию полученного «Урала», затем в ВВИА им. Жуковского — бригаде Н.А. Головлева ввести в эксплуатацию их машину. В математическом отделе ФЭИ МИАНа Г.И. Марчук и его коллеги стали использовать «Урал-1» для решения задачи на собственные значения для уравнений Шредингера с потенциалом Вудса-Саксона. В знаменитом Грабинском артиллерийском ЦНИИ-58 будущий космонавт Н.Н. Рукавишников участвовал в вводе машины «Урала-1» в эксплуатацию. В Челябинском Снежинске запуск в эксплуатацию завершил О.Ф. Лобов, выехавший туда по просьбе начальника отдела предприятия М. Старостина.

В сентябре 1957 года в филиале СКБ-245 завершили наладку и испытания привезенного из Москвы в 1955 году опытного образца специализированной ЭВМ «Кристалл». Завершающим этапом работы руководил начальник отдела Ю.Н. Беликов, ведущим исполнителем был В.Т. Мошенский. Участники работы — М.П. Белова, Н.Н. Виноградов, Ю.В. Пинигин, В.К. Францев, Н.А. Горшкова, С.М. Долбенский.

Белова Пинигин Виноградов Францев

В конечном исполнении в стойке из трех шкафов — 400 электронных ламп. Скорость обработки трёхразрядных десятичных чисел — до 100 сдвоенных операций в секунду. Во время такой операции выполнялось перемножение двух чисел, суммирование с предыдущим результатом и обращение к таблице. Потребляемая мощность — 5 кВА. Занимаемая площадь — 30 кв. м. В комплекте машины «уральские» клавишное, контрольно-считывающее, перфорирующие и цифропечатающее устройства.

Машину передали Физико-химическому институту АН СССР, где она использовалась для определения структуры кристаллической решётки вещества по данным рентгеноструктурного анализа. В 1958 году в сборнике «Проблемы физической химии» (с. 129-138) появилась статья Г.С. Жданова и В.И. Власенко «Счётные методы в рентгенографии и электронная счётная машина «Кристалл».

ЭВМ Кристал

ЭВМ Гранит

В октябре 1957 года в отделе Ю.Н. Беликова завершилась наладка и испытания специализированной ЭВМ «Гранит», привезённой из Московского СКБ-245 в 1955 году. Основные наладочные работы на машине были выполнены в 1956 г. под руководством В. В. Пржиялковского.

Участниками работ были С.Н. Телков, А.Я. Пыхтин, А.М. Полячкин, В.Н. Филиппов, С.В. Ключанцев, К.К. Буряченко, Л.М. Поплавская, конструктор С.М. Долбенский, математики Г.Л. Лившин, Н.М. Конопля, В.Л. Александренко, Л.Я. Булахтина и механик В.С. Сергеев.

Пржиялковский Телков Полячкин Филиппов

Машина предназначалась для статистической обработки результатов большого количества наблюдений. Вычислялись среднее значение и дисперсия. Обработке подвергались пятиразрядные десятичные числа. В числе выполняемых операций — операции деления и извлечения квадратного корня. Скорость — до 200 сдвоенных операций в секунду.

Вычислительное устройство машины реализовано на «уральской» конструктивной, технологической и элементной базе в виде трёх «уральских» шкафов на 300 электронных лампах. В составе машины — клавишное, контрольно-считывающее, перфорирующие и цифропечатающее устройства. Потребляемая мощность — 4,5 кВА. Занимаемая площадь — до 30 кв. м.

Ввели машину в эксплуатацию на полигоне ГАУ МО СССР А.М. Полячкин, В.Н. Филиппов и В.С. Сергеев.

Богословский

Дубинин

Тем временем Б.И. Рамеев стал изучать возможность использования «Уралов» для решения статистических задач методом Монте-Карло. Об области применения метода и особенностях решения задач таким способом на конференции «Пути развития советского математического машиностроении и приборостроения» рассказал хорошо известный Б.И. Рамееву математик Ю.А. Шрейдер. Областью применения этого метода являются краевые задачи для уравнений в частных производных, вычисление многомерных интегралов, решение интегральных уравнений, задачи теории рассеяния, теории стрельбы, прохождения частиц через вещество и другие. Особенностью решения задач является наличие малого количества промежуточных результатов. Достижимая точность — до трёх десятичных разрядов. В докладе Ю.А. Шрейдер предложил использование специальной приставки для повышения эффективности решения таких задач на универсальной цифровой машине.

В филиале началась работа по теме «Удар». Математическую часть вели сотрудники ПИИ Б.А. Трахтенброт и И.И. Этерман, техническую часть — М.П. Белова с участием выпускников Горьковского Госуниверситета физиков-теоретиков Л.Н. Богословского и В.И. Дубинина, прибывших в филиал в 1956 году и прошедших адаптацию к решению технических проектов на «уральской» элементной базе, и М.В. Сукова, прибывшего из МЭИ.

В качестве генератора случайных чисел изучались фотоумножитель, привезённый Л.Н. Богословским радиоактивный элемент и тиратрон. Использование радиоактивного датчика вызывало большое беспокойство участников работы. По их настоянию были инициирована дозиметрическая проверка, не подтвердившая опасений. Наиболее обнадёживающие результаты были получены при использовании в качестве генератора случайных сигналов тиратрона.

Используемая математиками для автономного анализа вырабатываемых чисел аппаратура была размещена в «уральской» стойке, содержавшей до 208 ТЭЗов.

В 1957 году был написан многотомный технический отчёт, утонувший в пучине тогдашней секретности. В открытой печати датчик получения равновероятных случайных чисел с использованием машины «Урал-1» описал М.В. Бураков в изданной в 1962 году книге «Опыт эксплуатации цифровой вычислительной машины „Урал“». Это была первая попытка обобщения опыта эксплуатации машин «Урал».

В этом же году в филиале СКБ-245 началась научно-исследовательская работа «Станок». Её целью было изучение возможности создания цифровой электронной аппаратуры управления фрезерным станком. Непосредственным руководителем работы стал начальник отдела Юрий Николаевич Беликов, исполнителями — С.Н. Ключанцев, К.К. Буряченко, В.Т. Мошенский, В.И. Кувшинова, А.В. Алешкина, Е.Н. Карганова. В работе участвовали конструкторы отдела Г.Ф. Бахметьев, А.М. Степанова, механик В.С. Сергеев, математики В.М. Коробова и И.И. Этерман, с датчиком перемещений экспериментировал заместитель начальника отдела И.М. Грановский.

Ключанцев Буряченко Алешина Мошенский
Степанова Бахметьев Сергеев

Работа велась на конструктивно-технологической и элементной «уральской» базе до марта 1959 года. Работу сумели перевести в плоскость практического управления станком. Результаты НИР позволили по заказу НИИ авиационной технологии с мая начать ОКР по созданию в трёх «уральских» шкафах интерполятора четвертого порядка для программного управления металлорежущими станками. При скорости резания до трёх метров в минуту должна была обеспечиваться точность 10 мкм. Работу удалось успешно завершить. Отмечу, что в 1957 году в США была начата разработка аппаратуры по управлению станком с перфоленты. Д.Т. Росс сформулировал основы языка программирования АРТ для управления станком от ЭВМ в Массачусетском технологическом институте. Известно, что рабочая версия языка появилась в США в 1959 году.

Тегель

Намерение советских руководителей ускорить развитие химического производства побудило химиков обратиться в Пензенский филиал СКБ-245 для выполнения работы в интересах Новомосковского химического комбината. Мне пришлось присутствовать на совещании у Б.И. Рамеева с приехавшими заказчиками. Предстояло создать систему, опрашивающую цеховые датчики, обрабатывающую данные и на основе этого оптимизирующую оперативное управление производством аммиака. Предлагалось филиалу выполнить всю работу, включая алгоритм управления, и сдать её «под ключ». Б.И. Рамеев согласился поставить оборудование и помочь в программировании их задачи. Вникать в технологический процесс производства он категорически отказался.

С ноября 1957 года под руководством Ю.Н. Беликова началась работа по созданию на базе универсальной ЭВМ «Урал-1» макета системы автоматизированного расчёта технико-экономических показателей (МСАРТЭП). Работу вели на совершенствовавшейся «уральской» базе поэтапно, в течение ряда лет, с участием К.К. Буряченко, К.А. Нетребенко, Л.Я. Булахтиной, молодых специалистов А.Э. Тегеля, В.К. Шепелева и других.

МСАРТЭП

На снимке — результат первого этапа разработки.

Макеев Михеев Гольберг
 Павлов Кулагин Беззубов
Васильев Хамгашалов

В 1955 году в филиале СКБ-245 Б.И. Рамеевым был образован и отдел разработки специальных машин во главе с приехавшим из СКБ-245 В.С. Маккавеевым. Отдел унаследовал московскую разработку весьма сложных специальных ЭВМ М-17 и М-27. Специфика отдела

предопределяла строгий отбор сотрудников и закрытый режим работы. Это замедляло формирование коллектива. Заместителем начальника отдела через некоторое время назначили выпускника ПИИ Ю.Н. Михеева (на снимке вместе с Маккавеевым), руководителем конструкторского бюро отдела — Х.В. Гольберг, выпускницу МВТУ, имевшую опыт модернизации и сопровождения в производстве аналоговой электронной техники.

Первыми электриками в отделе стали молодые специалисты из МЭИ Цехновицер, Г.Г. Белкин и А.П. Торопов, но поработали они недолго: по просьбе академика С.Н. Мергеляна министр разрешил их перевод в Ереванский НИИММ.

В 1956 и 1957 годах из ПИИ поступили в отдел электрики А.Ф. Макеев, В.Ф. Куничкин, Н.Т. Петрунин (на снимках), Е.Н. Павлов, Б.Д Беззубов, Ю.И. Кулагин, Г.П. Сергеев, Л.А. Хамгашалов, Г.Л. Мясников, А.С. Васильев, В.А. Епифанов и другие.

Этим непрофильным специалистам суждено было продолжить московскую разработку весьма сложных вычислительных машин М-17 и М-27.

Начали осваивать цифровую и импульсную технику, изучать логические и конструктивные элементы и схемотехнику ЭВМ «Урал»: ТЭЗы, источники питания, трехфазные электромеханические стабилизаторы (см. левый снимок), панели, шкафы.

Учились составлению монтажных схем шкафа ЭВМ «Урал».

Урал-1

Урал 1

Монтажная сторона типового «уральского» шкафа.

На каждую из четырёх панелей шкафа они получили схему-шаблон, на которой молодым специалистам-электрикам пришлось прорисовывать межразъёмные и другие соединения. Составляли и таблицы соединений, по которым для каждого из 18 шкафов предстояло изготовить жгуты проводов.

В конструкторском бюро отдела работали показанные на снимке Р. Правосудова, Н. Пахомова, З. Портнова, Б. Александров, Л. Осипова, Г. Киреев, З. Шитова, Х.В. Гольберг, Т. Любовина, Р. Пигарева, Г. Ключанцева, З. Тювакина, М. Тархова, К. Сперанская, М. Потапенкова.

сотрудники конструкторского бюро

Они сопровождали монтажную и сборочную работу заводчан.

В апреле 1957 года началась наладка ЭВМ. Подручные средства — замечательный осциллограф ИО-4, запасные «уральские» ячейки и ключ-крюк для выдергивания ячейки из шкафа.

Урал 1 ТЭЗ

Наиболее сложным для наладки был магнитный барабан. Среди исполнителей этой работы — Б.Д. Беззубов.

наладка Урала 1

С мая 1957 года началась круглосуточная наладка обеих машин. Сотрудники отдела не имели опыта наладочных работ на ЭВМ. Не удивительно, что этот этап оказался весьма продолжительным.

Валерий Степанович Маккавеев был для своих сотрудников и учителем, и коллегой, ведущим наладчиком. По свидетельству Е.Н. Павлова, по режимным соображениям он не посвящал их в некоторые технические решения, и вынужден был очень большой объём работы выполнять сам. Его роль в наладке машин огромна. На всех этапах работа находилась под контролем Б.И. Рамеева, научного руководителя. За ходом работ наблюдали представители Заказчика, эпизодически появлявшиеся в отделе.

Текущую доработку монтажа шкафов во время наладки выполняли опытные монтажники отдела Алексей Мордвинцев и Василий Зоткин.

Лишь в 1959 году на площадке разработчика завершился первый этап приёмо-сдаточных испытаний машины М-27. Машину перевезли на площадку заказчика, в мае 1960 года В.С. Маккавеев, Б.Д. Беззубов, Е.Н. Павлов, Н.Т. Петрунин и представитель Пензенского завода САМ Д.А. Гольдфельд провели второй этап приёмо-сдаточных испытаний. В октябре 1960 года разработчики и представители Пензенского завода САМ начали приёмо-сдаточные испытания машины М-17, а завершили их в ноябре месяце. В феврале 1961 года на площадке Заказчика успешно завершились междуведомственные испытания машин М-17 и М-27.

В 1956 году В.С. Маккавеев вёл разработку ещё одной специальной машины. Новая машина М-30 предназначалась для расчёта координат объекта по радиопеленгам. Отличительной особенностью технического задания на неё было малое время решения задачи. В.С. Маккавеев с математиком Валентиной Молчановой попытались решить её на универсальной ЭВМ «Урал-1».

В начале 1957 года отдел пополнили молодыми специалистами. Специалисты из Ленинграда и Киева не были подготовлены по цифровой вычислительной технике, а у пензенских специалистов была слабая подготовка по электронике и импульсной технике. Всем им выдали для ознакомления фотокопии схем «уральских» ТЭЗов. После этого молодым специалистам И.П. Гундорову, А.Д. Шитову, Валентине Беликовой, Серафиме Гундоровой было поручено разработать процессор. Они начали изучать соответствующие «уральские» функциональные схемы.

транзистор

Между тем у В. Молчановой время решения задачи на машине «Урал-1» существенно превышало заданное в техническом задании, попытки сократить это время оставались безуспешными. И В.С. Маккавеев решает начать поиск новых решений на техническом уровне. Сам он покинул СКБ-245 в то время, когда там шло проектирование ЭВМ «Волга» на точечных транзисторах и ферритовых запоминающих сердечниках. Победных результатов ещё не было. Однако электронная промышленность уже выпустила многие сотни тысяч более перспективных и вполне доступных предприятиям плоскостных транзисторов П1 (на снимке), П2 и П3. Совсем новые транзисторы П6 с рабочей частотой свыше 1 МГц были уже созданы в лаборатории профессора С.Г. Калашникова, но скрывались в «тумане секретности».

Е.И. Шприцу, С.Я. Бычкову и Е. Пономареву поручается экспериментальная оценка возможности построения цифровых логических элементов на полученных транзисторах П1, П2 и П3. И они приступают к работе, создают первые схемы и опробуют их в работе. Результаты не порождали надежд на скорый успех.

Смирнов

Автор этих строк, выпускник факультета электровакуумной техники и специального приборостроения МЭИ, по распределению прибыл в Пензенский филиал СКБ-245 в первых числах мая 1957 года. Моя специальность — «Электрические математические машины и приборы», опыт работы с электронными схемами — с 1954 года, дипломная работа была посвящена разработке устройства управления последовательной цифровой вычислительной машины на модернизированных ТЭЗах «Стрелы». На снимке — практическая часть моего дипломного проекта.

Диплом Смирнова
Александров

Маккавеев

В.С. Маккавеев

ОЗУ

параметры

Дипломная работа получила отличную оценку экзаменационной комиссии, возглавляемой главным инженером Московского СКБ-245, лауреатом Сталинской премии В.В. Александровым. Она укрепила мою уверенность в своих силах, усилила желание участвовать в проектировании новых цифровых вычислительных машин. Мои однокурсники, практиковавшиеся в Пензе, пояснили мне, что такая работа есть у Б.И. Рамеева в филиале СКБ-245, куда я направлен.

В день моего появления в филиале отлучившегося Б.И. Рамеева замещал В.С. Маккавеев. Невысокий, большеголовый, он выглядел так, как на приводимом снимке. Во время ознакомительной беседы я рассказал о своей профессиональной подготовке. Видимо, это произвело должное впечатление, и Валерий Степанович взял меня к себе в отдел.

Он поручил мне оценить возможность построения оперативного запоминающего устройства на переданных им мне ферритовых сердечниках с прямоугольной петлей гистерезиса марки К-28 с внешним диаметром D2=2,54 мм, марки Л-3 с D2=3 мм и марки К-65 с D2= 7 мм.

С работой ферритовых сердечников в общем виде меня познакомили в институте. Через день у меня была готова принципиальная схема установки для выработки последовательности импульсов тока, с помощью которой можно было бы проверить работу сердечника в режиме записи, считывания и разрушающего воздействия полутоков выборки. Я использовал только «уральские» ТЭЗы, понятные с первого взгляда на схемы. Увидевший схему В.С. Маккавеев, немедленно выделил мне выпускника Ленинградского политехнического института, специалиста по автоматике и телемеханике В.А. Аверьянова и техников Татьяну Беглову и Николая Кочелаевского. Я стал руководителем этой группы, конструктивную часть установки выполнила Х.В. Гольберг.

Вскоре мы экспериментально установили, что на сердечниках марки К-28 можно строить память (3D,4W) с выборкой совпадением двух полутоков. В лаборатории новых элементов физик-теоретик Горьковского университета В.Г. Чубаров определил статические параметры сердечников.

В мою группу включили после этого радиоастрономов из Саратовского университета Татьяну Вьюшкову и Евгению Мишину и инженера Тамару Шутову.

Аверьянов Чубаров Вьюшкова

Мы познакомились с опубликованной В.В. Китовичем в журнале «Приборостроение» оценкой величины помехи в матрице запоминающих сердечников, и с двумя статьями по американским устройствам трёхмерной памяти (3D,4W). В ИТМ и ВТ прочитал технический отчёт А.С. Федорова и М.П. Сычевой, создавших и испытавших в БЭСМ-1 в начале года первое в стране МОЗУ. Оно было построено на сердечниках Л-2 по схеме выбора 2D,3W с двумя сердечниками на хранимый бит. В отчёте рассматривались лишь процессы переключения запоминающих сердечников. Авторы гордились тем, что величина тока, разрушающего информацию в сердечнике, составляла лишь треть от величины перемагничивающего тока. Я не разделял их чувств. Работающее в машине БЭСМ-1 МОЗУ мне не показали по режимным соображениям.

Мы работали увлеченно, не считаясь с личным временем. В самый ответственный момент по собственной инициативе проработали три смены подряд. В неделю был лишь один выходной. В редкие свободные часы спешили в клуб им. Кирова, там можно было посмотреть кинофильм. На экранах тогда были прекрасные фильмы «Летят журавли» с А. Баталовым и Т. Самойловой в главных ролях, «Дом, в котором я живу» с Ж. Болотовой в главной роли, «Весна на Заречной улице», «Дело Румянцева», «Сорок первый» и другие.

Клуб им. Кирова в Пензе

Познакомились мы и с областным драматическим театром.

Пенза Драмтеатр

Мы в группе стали сопоставлять варианты построения МОЗУ и приступили к макетированию ферритовой матрицы и других схем. В итоге — наше предпочтение схеме выбора 3D,4W было убедительно доказано. Результаты работы побудили предлагать создание машины М-30 по параллельно-последовательной схеме на «уральской» элементной, конструктивной и технологической базе (с некоторыми доработками) с оперативной ферритовой памятью. Время решения заданной задачи на такой машине, несомненно, удовлетворило бы требованию технического задания. Эти материалы стали важным фрагментом эскизного проекта машины М-30, завершенного в сентябре месяце. Наш успех был замечен: в ноябре мой портрет появился на заводской доске почёта.

Смирнов

Г.С. Смирнов, ноябрь 1957 г.

До предъявления проекта машины М-30 Заказчику В.С. Маккавеев принёс его на согласование своему научному руководителю Б.И. Рамееву. В это время Б.И. Рамеев продумывал технику построения новой машины «Урал», скорость счёта на которой была бы в сотню раз выше скорости машины «Урал-1». В сентябре Казанский завод математических машин уже должен был поставить Рамееву для новой машины МОЗУ БЭСМ-1, но безнадёжно провалил план. В этих условиях ферритовый фрагмент проекта машины М-30 приобрел для Б.И. Рамеева повышенный интерес. Мое дерзкое предложение по построению ферритовой памяти по схеме 3D,4W (отечественных публикаций о таких устройствах тогда не было) было поддержано В.В. Китовичем и А.А. Тимофеевым в Московском СКБ-245, куда Б.И. Рамеев обратился за консультацией по этому вопросу.

В декабре 1957 года в присутствии представителя Заказчика Карпенко на комиссии под председательством Б.И. Рамеева проект ЭВМ М-30 был принят как технический, автор этих строк стал инженером первой категории, минуя вторую. Это очень серьёзный успех сотрудников отдела В.С. Маккавеева, моих коллег, молодых специалистов.

Б.И. Рамеев решает поручить мне разработку МОЗУ для своей новой машины, А.Н. Невскому и В.И. Мухину — разработку процессора для параллельной обработки чисел с фиксированной и плавающей запятой, А.Г. Калмыкову — разработку НМБ с восьмикратно увеличенной ёмкостью и заменяет штанговое ПчУ на быстрое печатающее устройство с вращающимися печатающими колесами, макет которого был создан годом ранее в НИИСчетмаше. Конструктивную, технологическую и элементную базу решено сохранить, слегка модернизировав. Б.И. Рамеев предлагает Главку включить в план работы Пензенского филиала СКБ-245 разработку такой машины, названной им «Урал-2». Предложение приняли.

Завершился 1957 год. На площадках потребителей «уральских» машин неопровержимо подтвердилось высокое качество разработок Рамеевской школы конструирования. Началась массовая компьютеризация нашей страны. Открылся путь к триумфальному успеху школы.

1958

Из книги Рамеевская школа конструирования ЭВМ. История разработок в фотографиях 1948-1972 гг.. Пенза, 2008 г.

Проект Эдуарда Пройдакова
© Совет Виртуального компьютерного музея, 1997 — 2017