Русский | English   поискrss RSS-лента

Главная  → Новости  → О чем умалчивает история отечественной вычислительной техники

О чем умалчивает история отечественной вычислительной техники

Статья Владимира Липаева "Почему отечественные ЭВМ в средствах вооружения делают их не хуже западных" (PC Week/RE, № 25/2000, с. 25) заканчивается призывом "активно привлекать (к воспоминаниям о разработках ВТ советской поры – А. К.) тех, кто участвовал в таких работах в многочисленных «ящиках»". Я – один из участников. Привлекаюсь...

Убежден, что PC Week/RE делает очень полезную работу, регулярно печатая материалы на темы отечественной компьютерной истории. Я с большим интересом слежу за подобными публикациями в российской прессе. И сейчас хотел бы высказать на этот счет некоторые соображения.

Мемуары, конечно же, нужны. Но...

Когда мы говорим о любой исследовательской работе, то всегда следует прежде всего ответить на главный вопрос – зачем ее нужно выполнять? Конечно, можно уклониться от сути, ответив, что важен сбор фактов сам по себе, для будущих исследователей. Но такой подход чреват весьма очевидными опасностями.

Многие воспоминания о событиях 60–80-х годов, прочитанные мною, рисуют картины не очень-то похожие на те, что наблюдал я сам в то время. Нет, как правило, эти рассказы не грешат против истины, но так много важных вещей остается вне внимания авторов.

История компьютерной индустрии насчитывает всего полвека. Но темпы ее развития так велики, что десять лет можно смело считать за целый век. Три года назад при подготовке одной статьи мне понадобились материалы о компании Burroughs, которая в 70-х годах считалась одним из главных конкурентов IBM в области мощных мэйнфреймов. Трудные поиски в Интернете (все уже забыли, как "Барроус" пишется по-английски) завершились плачевно – буквально пара упоминаний, что, мол, была такая, не более того. А где, например, можно найти хоть какую-нибудь информацию о семействе архитектуры M-6000/М-7000 северодонецкого ПНО "Импульс"? (В 70-х годах это были самые массовые отечественные системы класса мини-ЭВМ, которые потом развивались в модели CM-1, CM-2, CM-1210, ПС-2000. Кстати, выпущенная в 1976 г. M-7000 является, по моим сведениям, первой отечественной двухпроцессорной машиной общего назначения.)

В условиях отсутствия информации любые мемуары как бы превращаются в документы, в достоверную истину. Но использовать их в таком качестве нужно с очень большой осторожностью, так как в мемуарах (и это естественно) весьма сильна субъективная сторона: о чем-то автор забыл сообщить, что-то не сказал сознательно, где-то написал не очень верно...

И вот получается, что в рассказе о семействе СМ ЭВМ почему-то не упоминается НПО "Импульс", хотя оно вело почти половину проекта. В воспоминаниях о ЕС ЭВМ и СМ ЭВМ постоянно забывают сказать, что в этом проекте участвовали все страны СЭВ (практически вся периферия делалась в Болгарии, Венгрии, Польше, ГДР и Чехословакии). А создатели ныне часто упоминаемого "Эльбруса" напрочь не хотят произносить слово "Барроус", хотя именно эта архитектура была положена в основу "Эльбруса".

При этом происходят незаметные временные смещения событий (а что такое два–три года в приложении к информационным технологиям, всем понятно) и в результате появляются публикации вторичных авторов (тех, кто пишет на базе данных мемуаров), которые смело заявляют, что "Эльбрус" появился раньше "пресловутого «Барроуса»". Причем они утверждают, что (цитирую) "в Америке – это государственный заказ, а у нас – личная инициатива". Представляете "личную инициативу" в начале 70-х годов? За свои личные деньги? Попробуй теперь объяснить, что "Эльбрус" создавался в рамках советского проекта противоракетной обороны и выпускался в штучном исполнении, а "Барроус", появившийся на несколько лет раньше, был серийной моделью, предназначенный для продажи на рынке.

Как вводят в заблуждение

Безусловный интерес представляют опубликованные в PC Week/RE (№№ 19 и 30 за 2000 г.) два письма, подписанные уважаемыми деятелями отечественной вычислительной отрасли советской поры. Хотелось бы обратить внимание читателей на несколько моментов из разряда "к сожалению". Во-первых, серьезное обсуждение этой очень важной темы пока не выходит за рамки специализированной прессы (качество публикаций в общих СМИ весьма слабое и определяется в основном маркетинговыми моментами). Во-вторых, в этих дискуссиях не принимают участия сегодняшние "капитаны" компьютерной индустрии.

Оба письма являются критической реакцией: одно на телевизионную передачу, подготовленную НТВ, другое – на публикацию в газете "Известия". Но что любопытно: если в первом письме авторы укоряли в некомпетентности журналиста, то во втором упрекнули в искажении недавней истории уважаемого профессионала, члена-корреспондента РАН Б. А. Бабаяна.

Я считаю, что проблема неверного освещения темы на НТВ, к сожалению, лежит не в плоскости профессионализма тележурналиста. Просто данная передача отражает уровень реального интереса общества к изучению вопроса "как мы при таких замечательных достижениях социализма скатились на позиции стран третьего мира". Журналисту нужно было сделать "рейтинговый" материал, и он решил свою задачу. А профессиональный отзыв специалистов тут уже никого не интересует. К сожалению.

Ларчик с воспоминаниями Б. А. Бабаяна также просто открывается (об этом четко говорится в письме-отзыве) – это просто реклама своего коллектива, в которой известный ученый позволил себе что-то приукрасить и о чем-то промолчать (о том же "Барроусе" – ни слова). Но вот в чем проблема: рассказы о достижениях "Эльбруса" регулярно появляются в прессе в течение последних четырех лет, а эксперты решились откровенно высказаться по этому поводу, лишь когда была затронута их личная профессиональная деятельность. И это при том, что опасность мифов об "Эльбрусе" заключается не столько в искажении истории, сколько в формировании неверного общественного представления о современных позициях российской вычислительной техники и путях ее развития.

Мы пойдем своим путем?

Очень жаль, но точки зрения на то, что решение следовать зарубежным стандартам было роковой ошибкой, придерживается далеко не один Б. А. Бабаян. За последние годы такую же позицию мне не раз приходилось встречать в СМИ и в выступлениях правительственных чиновников.

В результате, естественно, возникает желание исправить ошибки. Может быть, стоит запретить поставки продукции всяких там западных вендоров и начать все делать самим, как это было в славные 60-е годы? Например, построим свои заводы по производству чипов. Пусть они будут работать по технологии 0,8 мкм и выход годных составит 15–20%. Зато – свои, и народ будет обеспечен работой. Правда, для этого придется вернуться к системе социалистического планирования и распределения, государственных заказов и пр.

Можно привести еще очень много доводов в пользу вывода В. В. Пржиялковского и его коллег о том, что реализация проекта ЕС и СМ ЭВМ была единственным способом удержаться на хвосте уходящего поезда компьютерных технологий тех времен. И это был действительно грандиозный научно-технический проект, в результате осуществления которого вычислительная индустрия перешла на новый качественный и количественный уровень, фактически от опытного к промышленному производству.

В этой связи авторов писем в PC Week/RE можно упрекнуть как раз в том, что они недостаточно полно показали всю грандиозность начавшихся в конце 60-х работ по преобразованию отечественной компьютерной индустрии. Кроме уже упоминавшихся выше разработок НПО "Импульс" и участия стран СЭВ было бы, в частности, необходимо сказать о широкомасштабном производстве ЭВМ под маркой "Электроника" предприятиями электронной промышленности.

Все было так хорошо и вдруг...

Однако представляется совершенно очевидным, что изучение истории, тем более совсем недавней, нужно не столько для установления фактографических истин, сколько для поиска ответа на довольно конкретный вопрос – что делать дальше? Что предпринять, чтобы наша страна не превратилась лишь в сырьевой придаток развитых стран, а стала достойным участником мирового индустриального сообщества?

Вопрос чрезвычайно актуален для России (для всей экономики, не только для компьютерной отрасли), так как в нашей стране, похоже, до сих пор нет ясного понимания, в какую сторону следует двигаться: к знакомой нам социалистической модели или к не очень понятной капиталистической (конечно, это несколько упрощенная постановка вопроса). К сожалению, судя по многочисленным высказываниям высокопоставленных отечественных чиновников, курирующих индустрию высоких технологий, путь "возрождения" отрасли они видят именно в реанимации модели советского образца и лишь отсутствие бюджетных средств пока мешает им ее реанимировать.

И такой вариант получает неплохое обоснование на страницах большинства опубликованных воспоминаний о советской вычислительной технике. Эти воспоминания как-то подталкивают к выводу, что возврат к модели 70-х годов весьма неплох. Ведь в те времена индустрия динамично развивалась, "мы шли буквально шаг в шаг" с западными конкурентами и пр. Просто нужно что-то немного поправить, учесть отдельные ошибки и тогда...

Вот тут и возникает встречный вопрос: почему же советская элитная электронно-вычислительная индустрия, на развитие которой шли огромные средства и где работали отличные специалисты (их готовили самые престижные вузы страны), рухнула буквально на наших глазах на рубеже 80–90-х годов? Мне совершенно непонятно, почему авторы писем в PC Week/RE – ведущие специалисты той поры – этот вопрос адресуют тележурналистам, вместо того чтобы попробовать ответить на него самим.

Попытка сделать такой анализ предпринята в упоминавшейся статье Владимира Липаева. Не хотелось бы сейчас дискутировать с автором по поводу многих спорных положений, но из нее так же непонятно – какие же уроки можно извлечь из накопленного в прошлом опыта? Забыть о языках высокого уровня и полностью вернуться к ассемблеру? Перейти обратно от программируемой логики управления вычислительных систем к жестким аппаратным схемам? Создавать группы программистов для решения задач, которые должен выполнять один разработчик? Я уже не говорю о том, что опыт военной промышленности довольно плохо подходит для гражданских, вернее рыночных, отраслей экономики.

На этом месте рассуждений я вынужден поставить точку. Точнее многоточие, так как у меня есть варианты ответов на поставленные вопросы, и я готов поделиться своими соображения с читателями PC Week/RE. Было бы также весьма любопытно прочитать в еженедельнике мнение специалистов на этот счет.

Проект Эдуарда Пройдакова
© Совет Виртуального компьютерного музея, 1997 — 2018