Виртуальный компьютерный музей.
Русский | English   поискrss RSS-лента

Главная  → Книги и компьютерная пресса  → История вычислительной техники в лицах  → 

Крестный отец компьютерной промышленности

Директор Научно-исследовательского института счетного машиностроения (НИИсчетмаш) Михаил Кириллович Сулим несмотря на свои 65 лет выглядит очень молодо. (Моя встреча с ним произошла в 1990 г.) Те, кто впервые знакомится с ним сейчас, вряд ли могут подумать, что он — из поколения восемнадцатилетних, большая часть которого не вернулась с полей сражений Великой Отечественной. Она началась, когда он учился в киевской школе с артиллерийским профилем обучения. Учащихся эвакуировали сначала в Днепропетровск, а в августе 1941 г. — в г. Илек Чкаловской области. В мае 1942 г. выпускников 10 класса направили в военное артиллерийское училище. В январе 1943 года восемнадцатилетний Сулим получил боевое крещение под Воронежем. На Курской дуге в жесточайших боях под Понырями молодой начальник разведки дивизиона армейского артполка 152-мм гаубиц отличился и был награжден орденом Отечественной войны I степени, И позднее не раз смотрел в глаза смерти, но уцелел. Вместе с артполком дошел до Берлина. Фронтовые невзгоды не погасили мысли об учебе.

После демобилизации поступил на электротехнический факультет Киевского политехнического института и в 1951 г. окончил его, получив диплом с отличием и направление в аспирантуру. Естественно, речь шла не о работе в области цифровой вычислительной техники. В КПИ в то время такая дисциплина не читалась и исследования по этому направлению не проводились, хотя в том же Киеве уже работала первая в континентальной Европе малая электронно-счетная машина МЭСМ. Работы велись закрыто, о них знал лишь очень узкий круг людей. И не стал бы Сулим заниматься вычислительной техникой, если бы не счастливый случай: из Москвы на распределение молодых специалистов приехал заместитель директора по научной работе НИИсчетмаш. Он увлек молодого инженера рассказом о создаваемой в московском институте необычной технике, где в то время, тоже за закрытыми дверями, создавались ЭВМ «Стрела», «Урал-1» и др. Сулим настоял, чтобы его направили в СКБ-245, и в феврале 1952 года вместе с женой, которая окончила институт вместе с ним, появился в Москве. Стал работать в отделе, где проектировалась специализированная цифровая машина СЦМ-12. Долгое время квартиры не было, снимали комнату, где едва умещались кровать, стол и два стула.

Интерес к новой области науки и техники, возможность научного творчества компенсировали тяготы и неудобства жизни. На сон и отдых отводились считанные часы.

Через полтора года пришел опыт. Сулим стал основным разработчиком цифрового дифференциального анализатора — нового типа цифровых ЭВМ. Работа спорилась, коллектив разработчиков, руководимый им, сумел быстро изготовить и отладить макет новой машины. В это время руководителя отдела цифровых вычислительных машин Рамеева перевели в Пензу на предприятие, где должны были осваиваться в производстве и выпускаться ЭВМ «Урал-1» — родное детище Башира Искандаровича.

Сулима, успевшего зарекомендовать себя как инициативного, высококвалифицированного специалиста, назначили руководителем этого отдела. В нем работало 150 сотрудников, имелось свое КБ, макетные мастерские. Постановлением правительства перед НИИсчетмаш была поставлена ответственная задача создания совместно с ИТМ и ВТ АН СССР мощной (по тому времени) ЭВМ М-20. Главным конструктором машины был назначен академик С.А. Лебедев. Его заместителем — М.К. Сулим. Так жизнь свела молодого инженера с первосоздателем отечественной вычислительной техники. Работая рука об руку, Сулим многое перенял от выдающегося ученого и в свою очередь щедро отдавал выполнению его замыслов всю свою кипучую энергию.

Создание и выпуск первых 4-х образцов ЭВМ М-20 вместо ожидавшихся двух-трех лет заняли четыре года (с 1955-го по 1959 год). От ИТМ и ВТ АН СССР в работе активно участвовали основные отделы П.П. Головистикова, М.В. Тяпкина, В.Н. Лаута, А.С. Федорова. От СКБ-245 работу вел отдел М.К. Сулима (А.Ф. Кондрашев, А.И. Лазарев, А.А. Соловьев, М.С. Власов и др.). Работали очень дружно, напористо. Пример подавали руководители — Лебедев и Сулим, активно участвовавшие в отладке ЭВМ. Напряжение возрастало с каждым днем. Те, кто не знает, что такое отладка ЭВМ, содержащей многие тысячи электронных ламп, вряд ли поймут состояние разработчиков, выяснивших после многих месяцев круглосуточной отладки, что в принятые технические решения необходимо внести существенные изменения. В кратчайший срок была доработана элементная база машины и ее конструктивы, обеспечившие устойчивую синхронизацию элементов. Через полгода машина заработала, были успешно завершены ее испытания, и документация для серийного производства была передана на Московский завод САМ и Казанский завод ЭВМ.

В нескольких предложениях, конечно, невозможно передать те волнения и трудности, с которыми была сопряжена разработка одной из первых ЭВМ в нашей стране. Выручила молодость, или лучше сказать — энтузиазм молодости.

Всего три месяца М-20 была «чемпионом» мира по быстродействию. Такой была расплата за упущения в разработке элементной базы.

Вслед за ламповой М-20 последовали полупроводниковые с увеличенным объемом памяти ЭВМ М-220, М-222, совместимые по программному обеспечению с М-20. Главным конструктором этих машин был М.К. Сулим. Долгое время они выпускались промышленностью и использовались в ВЦ страны.

В 1959 году, когда были организованы совнархозы, тридцатипятилетний Сулим назначается главным инженером управления по вычислительной технике только что созданного Госкомитета по радиоэлектронике СССР. Через год он уже руководитель управления и член коллегии Госкомитета. Пять лет опекал НИИ и СКВ, разрабатывавшие специализированную вычислительную технику, и курировал заводы, выпускавшие ЭВМ в различных городах страны, — Москве, Вильнюсе, Пензе, Киеве, Орле и др.

Когда в 1965 г. от совнархозов отказались и были восстановлены общесоюзные министерства — радиотехнической, электронной, электротехнической промышленности и др., М.К. Сулима вначале назначили руководителем главного управления по вычислительной технике и членом коллегии Министерства радиопромышленности СССР, а затем заместителем министра. Шесть лет, проведенных на высокой и очень ответственной государственной должности, были отданы без остатка развитию в стране мощной промышленности средств вычислительной техники.

При его непосредственном участии в 1967 году был подготовлен проект постановления СМ СССР, предусматривавший расширение и строительство более тридцати новых заводов в Минрадиопроме, Минэлектропроме и Минприборе для производства ЭВМ и их элементной базы, а также создание Научно-исследовательского центра вычислительной техники НИЦЭВТ и ряда других институтов.

Когда постановление было принято, началась практическая работа по его осуществлению. Почти все время Сулим проводил в командировках. В скором времени в стране появились новые заводы и были реконструированы старые. Его стараниями в Москве на базе СКБ-245 в кратчайшие сроки была развернута головная организация Минрадиопрома по вычислительной технике НИЦЭВТ, самая крупная в этой области в стране.

Вряд ли ожидал инициатор ее создания Сулим, чем это для него обернется. Директор НИЦЭВТ Крутовских, назначенный генеральным конструктором семейства ЭВМ третьего поколения (ЕС ЭВМ), не только не поддержал намерение Сулима кооперироваться в разработке и выпуске ЭВМ с фирмами Западной Европы, но, наоборот, стал ярым сторонником повторения американской системы IBM-360. В развернувшейся дискуссии о том, какой должна быть ЕС ЭВМ, Сулим и его сторонники потерпели поражение.

В этой книге уже рассказаны подробности дискуссии, тем не менее, узнать мнение человека, который находился в эпицентре борьбы, тоже важно. М.К. Сулим до сих пор переживает случившееся.

«Оценивая с позиций сегодняшнего дня Дискуссию о путях развития вычислительной техники в СССР в конце 60-х — начале 70-х годов, о которой много писалось в зарубежной печати (и, к сожалению, почти ничего в собственной), можно отметить,что из двух возможных путей развития мы выбрали не лучший, — написал он мне. — Являясь одним из инициаторов и горячих сторонников отечественного пути развития вычислительной техники и привлечения западноевропейских фирм к работам по новым поколениям ЭВМ, я и сегодня считаю, что он был единственно правильным, — мы получали реальную возможность в очень короткий срок выйти на мировой уровень по изделиям серийного производства и реальную базу для дальнейшего развития вычислительной техники совместно с ведущими европейскими фирмами.

События последних лет подтвердили правильность такого подхода. Больше того, наше желание приобщиться к «цивилизованному» миру было бы уже подкреплено нашими практическими делами, — мы были бы уже в «цивилизованном» обществе, интегрированными в мировую систему.

К большому сожалению, прошедшие 20 лет можно назвать годами «нереализованных возможностей».

Сегодня мы пытаемся пробиться к «цивилизованному» миру, но разница с тем периодом состоит в том, что тогда нас приглашали в качестве равноправного партнера, а сегодня пытаемся пробиться в него не всегда «цивилизованным» способом, не имея за душой ничего, кроме желания быть «цивилизованными».

В 1970 г. один из западногерманских институтов по исследованию рынка писал в своем обзоре о перспективах развития вычислительной техники в СССР примерно следующее: Советский Союз обладает огромным научно-техническим потенциалрм, но плохо его использует; научно-технический прогресс в области вычислительной техники идет очень бурно; для обеспечения конкурентоспособности на мировом рынке необходимо вкладывать в эту отрасль большие капиталовложения; многим фирмам это не под силу.

Заключение соглашений ведущих европейских фирм с СССР о сотрудничестве с целью использования его потенциала будет способствовать техническому прогрессу европейских стран. Указывалось, что для этого потребуется дать советским специалистам современное оборудование, однако это не приведет к конкуренции в связи с множеством внутренних проблем в СССР по развитию собственного народного хозяйства в ближайшие 10 лет. Как видно из данного прогноза, все оправдалось — и интерес к СССР, и подписание соглашений, и желание дать и научить. Не оправдалась только надежда реализовать эти соглашения, а события последних лет привели к тому, что нет уже, к сожалению, огромного научно-технического потенциала и желания иностранных партнеров его использовать, хотя необходимость у нас в этом возросла во много раз. Сегодня еще можно исправить положение, «завтра» будет поздно — остатки огромного потенциала будут уничтожены стихией».

М.К. Сулим, не согласившись с политикой министерства, оставил должность заместителя министра и был назначен директором НИИ Счетмаш. Работая здесь, он защитил кандидатскую и докторскую диссертации.

За двадцать лет работы в НИИСчетмаш многое сделано. Но все это не то, о чем мечтал Михаил Кириллович...

Глава «Что имеем — не храним...»
Из книги История вычислительной техники в лицах. 1995 г.

Проект Эдуарда Пройдакова
© Совет Виртуального компьютерного музея, 1997 — 2017