Казань – завод пишущих машин, 1964 г.

Ладыгин И.И.

Первая командировка, которая у меня была, случилась в сентябре 1964 года, всего через полгода после защиты дипломного проекта, и начала работы на кафедре вычислительной техники МЭИ в должности инженера. В этот год в группе моего руководителя доцента кафедры Анатолия Георгиевича Шигина шла интенсивная работа по созданию первой в СССР безадресной цифровой вычислительной машины, в последствии названной БЭТА-65. Основными разработчиками были инженеры группы Шигина Г.М. Кольнер и В.Н. Фальк, а также ряд студентов, в основном дипломников кафедры. Машина проектировалась на основе конструкций в виде шкафов и так называемых ТЭЗов (технических элементов замены) с полупроводниковыми компонентами, реализующими логические и тригерные схемы, а также блоков памяти. Все это списанное оборудование кафедре передала одна из организаций, занимающаяся разработкой высокопроизводительных систем обработки информации. В те годы чаще всего данные в ЭВМ вводились и выводились либо с помощью перфорированных целлулоидных лент, либо с помощью перфокарт. Это было крайне трудозатратно и очень неудобно для пользователей. В передовых, в этой области, капиталистических странах в то время уже появились электрические автоматические печатающие устройства с механической клавиатурой для ввода данных.

А.Г. Шигин один из первых аспирантов по вычислительной технике в СССР, был среди организаторов первой в СССР кафедры вычислительной техники МЭИ в 1951 г. Был хорошо известен во всех организациях разрабатывающих и создающих средства вычислительной техники. Поэтому он обладал полной информацией – где, что производится и степень готовности тех или иных изделий. В начале сентября 1964 г. он узнал, что на Казанском заводе пишущих машин проходят испытания автоматического пишущего устройства, с целью использования его для ввода-вывода данных в ЭВМ. Шигин решил срочно поехать в Казань, и выяснить – можно ли использовать это устройство для БЭТА-65. Он пригласил ехать вместе с ним меня. Хотя после моего диплома, который был посвящен разработки оперативной памяти, он включил меня в состав группы, тогда аспиранта, В.Ю. Герасимова. Герасимов в то время занялся аппаратной реализацией своей научной работы в области сокращения избыточной информации, поступающей по телеметрическим каналам. Эта работа была с грифом «секретно», и выполнялась в рамках хозрасчетного договора для ОКБ МЭИ. Мне была поручена разработка оперативной памяти на ферритовых кубах для устройства сокращения избыточности информации (УСИИ). Тем не менее, Шигин поручил оперативно оформить командировки, и мы на поезде отправились в Казань.

Город в те годы выглядел не лучшим образом. Больше всего меня поразили троллейбусы, в каждом из которых вместо некоторых стекол были вставлены зашарпанные листы фанеры. Сам завод пишущих машин тоже выглядел мрачно, даже в цехах, по которым нас водили, был какой-то полумрак. Тем не менее, нам под большим секретом показали прототип пишущей машинки на основе головки-шара. В отличие от обычной машинки, где ударный механизм состоит из множества, по количеству букв алфавита, штанг с литерами букв на конце, в этой машинке литеры размещены на шаре, а ударная штанга всего одна. Нужная буква подставляется под удар за счёт нужного поворота шара. Такие машинки в США уже применялись с 1961 г. в качестве устройств ввода-вывода в ЭВМ. У нас же только в 1964 г. пытались создать такую машинку, но так ничего и не получилось. Но и в США вскоре отказались от таких устройств. Нам же показали уже работающий образец машинки, которая получила название – пишущее устройство ввода-вывода информации (ПУВВИ 92). 92 означало число печатаемых символов в минуту. Основу устройства составляла обычная пишущая машинка, но с электрическим приводом каждой ударной штанги с применением соленоидов, поэтому оно было очень тяжелым, и, к сожалению, очень ненадежным. Об этом было сказано разработчикам, и они обещали сделать доработку, чтобы повысить его надежность. А.Г. Шигин уговорил руководство завода включить меня в состав приемочной Госкомиссии, а затем передать доработанный образец в МЭИ. Я, для того, чтобы быть готовым к работе комиссии, в записную книжку, которая была у меня с собой, перерисовал электрическую схему устройства. На фото видно, как в те времена создавались схемы электронного управления. Даже для такой небольшой схемы надо было предусмотреть четыре разных источника питания.

Весной 1965 г. из Казани пришло приглашение участвовать в работе приемочной комиссии. Я уже один уехал в командировку на завод пишущих машин. Два дня мы испытывали устройство. Было несколько отказов, но рабочие быстро их устраняли, и в конце нас убедили, что скорость печатания близка к заявленной. Все члены комиссии подписали акт принятия устройства в серийное производство. Мне обещали, что это конкретное устройство в ближайшие дни отправят в Москву. Оно было настолько тяжелым, что везти его с собой было не возможно.

Примерно через месяц устройство было доставлено на кафедру, и начались довольно трудные работы его сопряжения с ЭВМ БЭТА-65. И это были работы не только логического и схемотехнического сопряжения, но и конструкторские решения по установке в пульт управления машиной. Грамотные действия разработчиков ЭВМ позволили успешно завершить все эти работы, и машина была принята в эксплуатацию Государственной комиссией, получила высокую оценку, авторское свидетельство, медали ВДНХ, и еще долго функционировала на кафедре. На фото пульт управления ЭВМ с встроенным устройством ввода-вывода информации ПУВВИ-92. Справа шкафы машины со стеклянными дверями, за которыми видны передние панели ТЭЗов. Вверху шкафов приборы и лампочки индикации, необходимые для контроля состояния машины. Это фото обложки описания машины, которая выставлялась на ВДНХ в 1967 г.

Об авторе: Проф. АВТИ
Помещена в музей с разрешения автора 30 марта 2026